– Я бы охотно выслушал подробный рассказ. Давит тоже. Конечно, если тебе позволено говорить об этом.

– Как-нибудь в другой раз, – глотая вязкую слюну, ответила Лидия.

– Конечно. Тебе надо отдохнуть. – Ренки оглядел ее и поморщился. – Я здешний врач. Участвовал в твоем возвращении с того света. Рад снова видеть тебя на ногах.

Лидия кивнула, не зная, что ответить.

– Давит командует одной из разведывательных подводных лодок. Его не бывает по нескольку дней, а то и недель. Ребята остаются со мной. Ну и нашими родителями. Они нам немало помогают. Все четверо обожают мальчишек.

Дедушки и бабушки, которых при иных обстоятельствах у ее сыновей не было бы.

– У тебя есть братья или сестры? – спросила Лидия.

– Двое братьев. У Давита есть сестра. Так что мальчишки не обделены родственным вниманием. С самого начала все наши относились к ним как к родным.

Лидия улыбнулась одними губами и задала новый вопрос:

– Трудно им было привыкнуть к русалочьему окружению? К жизни на подводном корабле?

– Трудности, естественно, были. В раннем детстве они не понимали, почему им нельзя нырять и плавать под водой вместе с остальными детьми. Капризов по этому поводу хватало. Особенно у Бренна. – Ренки негромко рассмеялся. – Актеон вскоре понял, что капризами делу не поможешь. Он – технический гений. Придумал специальные шлемы и искусственные плавники, чтобы плавать наряду со всеми. Можно даже было нырять на глубину.

– Ты потому и называешь его Асом? – спросила Лидия, чувствуя прилив гордости.

– Да, – улыбнулся Ренки. – Детям свойственно ломать игрушки. Разберут, а потом не знают, как собрать. А он с раннего детства умел не просто заново собрать игрушку, но сделать так, чтобы она работала гораздо лучше прежнего.

– Это я помню, – тихо сказала Лидия. – Он всегда разбирал каждую игрушку, которую я ему приносила…

Она замолчала, вновь чувствуя близкие слезы. Однако Ренки продолжал улыбаться.

– Он и сейчас все разбирает и модернизирует. Увы, жизнь на подводном корабле имеет и свои отрицательные стороны. Директор Кагани нанимает лучших преподавателей. Но Актеону требуется высшее образование, а в этом наши возможности ограниченны.

– А Бренн?

Ренки засмеялся.

– Бренн, он… Предельная открытость. Не скрывает ни чувств, ни мыслей. Прирожденный спортсмен. Ни капли страха. Вспыльчивый, это в нем есть. Может рассердиться, а через пять минут уже смеется. Учится он нормально, но сейчас его больше привлекает времяпрепровождение в компании друзей. Такой типичный качок – всеобщий любимец. Мы оба не пытаемся на него давить. Ему надо пройти этот период.

– Получается, они как солнце и луна, – сказала Лидия.

Улыбка Ренки стала мягче.

– Да. Верно подмечено. – Он достал из кармана визитную карточку. – Если что-то понадобится, здесь все мои контакты. Вдруг захочется пообщаться со мной или Давитом, или появятся вопросы…

Лидия взяла карточку и кивком поблагодарила русала. Произносить какие-то банальные слова благодарности не хотелось.

– Понимаю, Ас сегодня проявил себя не с лучшей стороны… Такое неприятно слышать никому, а уж тебе особенно. Но не думай, что он вообще тебя забыл и никогда не спрашивал. Спрашивал. Постоянно. Наверное, у обоих сохранились смутные воспоминания о тебе. Кагани считает, что они тогда были слишком малы и не могли ничего запомнить, но я не согласен. Запомнили. Однажды они мне рассказали, что волосы у тебя как у Бренна, а глаза – как у Аса. Поскольку вплоть до сегодняшнего дня они не знали, кто ты, я склонен им верить.

– Я очень рада это слышать.

В глазах Ренки была печаль и что-то еще.

– Когда Ас поостынет, я поговорю с ним о тебе и постараюсь кое-что объяснить. А пока дай ему время.

– Спасибо. – Лидия кивнула.

Дальнейший разговор угрожал окончиться потоком слез, поэтому она повернулась и молча пошла по коридору.

На подходе к лестничной двери она почти справилась с подступающими слезами и более или менее успокоилась. Сзади послышались торопливые шаги. Лидия пошла медленнее и остановилась возле двери. Обернулась она лишь тогда, когда посланец протянул ей широкий лист бурой водоросли, сложенный пополам.

Посланцем оказался совсем молоденький русал. Он смотрел на Лидию со смешанным чувством любопытства и настороженности.

– Это от ее бездонного величества, – пояснил он и отошел в сторону, дожидаясь ответа.

Лидия развернула лист, прочла послание и кивнула русалу:

– Я немедленно иду.

Она не позволила себе оглянуться на коридор, на дверь, ведущую в кабинет директора, где остались ее сыновья. Но когда лестничная дверь с шумом закрылась, звук этот отдался у нее во всем теле.