С этими словами я забираюсь в постель рядом с ней. Когда я натягиваю одеяло, она поворачивается, прижимаясь всем телом к моей груди. Она тяжело дышит, когда я запечатлеваю поцелуй на ее лбу.

— Люблю тебя, Котенок, — шепчу я, но она не отвечает, уже слишком погруженная в свои мечты.

Гаррет

Моя мама спит в кресле рядом с кроватью Пола, когда я приношу ей ужин. Уже почти девять, и поскольку Мия все еще спала, я решил, что будет безопасно ненадолго выйти, просто чтобы проверить, как дела в больнице.

— Привет, мам. — Я легонько толкаю ее в плечо, отложив сэндвич, который купил для нее в гастрономе. Она просыпается и в панике смотрит на Пола, но он все еще крепко спит.

— С ним все в порядке. Я принес тебе кое-что поесть.

— О… спасибо, милый. Как Мия?

— С ней все хорошо. Спит у меня дома. Что сказал доктор?

— О, он хорошо выздоравливает. Они хотят присмотреть за ним еще один день, так что не похоже, что завтра он отправится домой.

— Вот черт. Прости, — отвечаю я.

Я сажусь на пустой стул в изножье его кровати. Она похлопывает меня по ноге, когда я это делаю.

— Все в порядке. По крайней мере, с ним все в порядке. Нужно смотреть на это с положительной стороны.

— Да…

На самом деле я не собирался задерживаться здесь надолго. Мне не терпится вернуться к Мии, но я также не могу оставить здесь свою маму.

— Мам, ты не хочешь пойти домой и немного поспать, или принять душ, или еще что-нибудь? Я могу остаться с ним.

— Нет. Я в порядке, — отвечает она с темными кругами под глазами.

Затем ее взгляд останавливается на моем лице, и я могу сказать, что она собирается сказать что-то серьезное. Я напрягаюсь в предвкушении.

— Мия была так расстроена. Так напуган.

— Я знаю.

— И она позвонила тебе. Прежде чем я даже подумала позвонить тебе, она это сделала.

— Я рад, что был рядом, — отвечаю я, ожидая, когда она перейдет к делу.

— Я знаю, что Мия с кем-то встречается. С тех пор как мы вернулись с озера, она уходила почти каждую ночь. Хихикала, как школьница.

Я жду в тишине, наблюдая за ее лицом, пока она говорит, достаточно тихо, чтобы не разбудить Пола. И мне приходится заставлять себя дышать.

Что я скажу, если она спросит? Стыд и вина за то, что я сделал с Мией, внезапно выходят на передний план моего сознания. Это их маленькая Мия, девочка, которую моя собственная мать усыновила как свою собственную. Золотое дитя. Невинная, милая дочь, которую я недавно осквернил множеством способов за последние две недели.

Я знаю, я сказал, что они привыкнут к мысли о том, что мы вместе, но что, если они этого не сделают? Не то чтобы я мог их винить. Я владелец клуба, холостяк и тусовщик, который на тринадцать лет старше ее, и это даже не объясняет других моих проблем.

Моя мама протягивает руку и касается моей руки, успокаивая безумные голоса в моей голове.

— Я бы и через сто лет не догадалась бы, что это ты, Гаррет. — И вот оно. Подобно удару молнии. — Сейчас нет смысла это отрицать. Когда мамы знают, они просто знают.

— Мама—

— Как только я увидела это, я почувствовала себя такой дурой из-за того, что не замечала этого раньше. Я не думаю, что она даже пыталась это скрыть. Я поняла, насколько естественно вы двое смотритесь вместе.

— Господи, — бормочу я, закрывая лицо руками.

— О, расслабься, — отвечает она. — Это не похоже на то, что она твоя настоящая сестра. И тебе уже было двадцать один год, когда вы познакомились, так что не похоже, что ты рос рядом с ней. Я просто думала… она тебе не нравилась.

— Я не знаю, готов ли я к этому разговору, — отвечаю я, не поднимая глаз от пола.

— Что ж, тебе лучше подготовиться, потому что я не собираюсь лгать ради тебя. Если Пол увидит то, что я видела сегодня, он тоже узнает.

Я поднимаю на него взгляд и вижу, что он все еще мирно спит. Я чувствую, что каким-то образом предал его доверие.

— Мия такая преданная, Гаррет. К ошибке. И она упрямая. Я знаю, что она будет рядом с тобой, несмотря ни на что, но мне просто нужно, чтобы ты хорошенько подумал об этом, прежде чем предпринимать что-то, что может разрушить эту семью.

Я опускаю голову, уставившись на свои сцепленные руки, пока до меня доходят ее слова.

— Я не хочу причинять ей боль.

— Тогда не надо. Будь честен и откровенен с ней. Но если ты введешь ее в заблуждение или соврешь ей, это будет на твоей совести. И она никогда не простит тебе этого.

Снова удар молнии, на этот раз попадающий прямо в то место, где болит.

— Почему ты думаешь, что я причиню ей боль? Неужели ты так мало веришь в меня?