Значит, Нико не санкционировал убийство. Может быть, это и был его выход. Да, он отчитывался перед Фрэнки, потому что Фрэнки завербовал его, но он также работал непосредственно с Нико. И если бы он знал что-то такое, чем босс был бы недоволен…

— Ты здесь или издох?

— Ладно, ладно. Да, я в деле, — у него еще оставалось время, чтобы найти выход, если он этого действительно хотел.

Майки Мускулс провел их в бар, типичный грязный криминальный притон, полный худших элементов преступного мира Лас-Вегаса. Воздух был пропитан вонью хмеля и немытых тел, а пронзительный вокал дэт-металла из динамиков заглушал все, кроме самых громких звуков. Бармен оторвал взгляд от потертой, обшарпанной стойки и кивнул в сторону задней стены.

— Я вижу его, — пробормотал Майки Мускулс, когда они добрались до задней комнаты. — Он сидит за столом у стены, лицом к двери. — Он увидит нас через 3... 2... 1, — он шагнул в сторону, и Бен поднял пистолет.

Рев вскочил, его глаза метнулись от Бена к Фрэнки и Майки Мускулс, а затем обратно к Бену. Он нахмурился, а потом этот ублюдок улыбнулся.

— Так ты полицейский или нет?

Бен подумал о том, как он гордился тем, что принес присягу, когда поступил в полицию. Как он собирался сделать мир лучше, совсем как его отец. Он вспомнил патрулирование, одни и те же лица, делающие одни и те же вещи изо дня в день. Он подумал о волнении, которое испытывал, получив задание под прикрытием, о своем энтузиазме по поводу свержения Санто, и о растущем разочаровании, когда департамент отказывался действовать в соответствии с информацией, которую он им дал.

Он вспомнил десять лет тревожных дней и мокрых от пота ночей, а также тот день, когда он присоединился к команде Нико и обнаружил человека, который разделял его моральные принципы, но стоял по другую сторону баррикад. Он думал о Джинджер на диване и Дейзи в его объятиях, и теперь он понял, что Кэт пыталась сказать. После десяти лет работы в мафии он не мог увидеть этой черты.

Теперь все для него было в оттенках серого.

Глава 24

Бах. Бах. Бах. Мия постучала в дверь клуба Тоскани. Через матовые стекла окон она могла видеть внутри свет, слышать басы, звучащие сквозь стены, и видеть тени гангстеров, наслаждающихся вечерним отдыхом. Они знали, что это была она. Она знала, что они были там. Но никто не открывал эту чертову дверь.

Она подумывала о том, чтобы залезть в окно туалета, через которое сбежала четыре недели назад, но ей не хотелось ловить бандита со спущенными штанами, а залезть туда будет чертовски труднее, чем выбраться.

— Не думаю, что они хотят нас видеть, — прошептала Джулс.

— Они просто боятся, что мы копы. Обычно единственные женщины, которые осмеливаются прийти в клуб — это проститутки.

Джулс злобно ухмыльнулась ей и крикнула через дверь:

— Эй, там, внутри. Сегодня особенный вечер. Двадцатка за оральный секс с презервативом. Тридцать без него. Сто долларов за час — и по рукам, потому что в борделе минимум сто пятьдесят. А папочкой мы назовем вас бесплатно.

— О. Мой. Бог. Я не могу поверить, что ты только что это сделала, — Мия прикрыла рот рукой. — Проституция в Неваде запрещена, если только ты не находишься в лицензированном борделе.

— Взламывать телефон своего мужа, чтобы узнать его местонахождение, тоже незаконно, но я не видела, чтобы ты даже глазом не моргнула по этому поводу, — парировала Джулс. — Как поживает твоя черная шляпа (прим. пер. — выражение, упрощающее противопоставление добра и зла, где злодеи часто носят черные ковбойские шляпы, а хорошие парни — белые)?

— На самом деле она не черная, — Мия опустила руку. — Я делала это по уважительной причине, поэтому я бы сказала, что она серая.

— Это незаконно. Следовательно, она черная. Твой муж — мафиози обратил тебя на темную сторону.

Глухо стукнул засов, и тяжелая стальная дверь приоткрылась.

— Сколько стоит час без презерватива?

— Как насчет того, чтобы пойти и сказать Нико, что ты только что спросил его жену о часе секса без резинки? — Джулс схватилась за дверь и распахнула ее.

— Дерьмо, — невысокий парень, одетый в жилет и с ужасным париком, отошел в сторону, и Мия вошла в клуб с Джулс, следующей за ней по пятам. Почти мгновенно всякая активность прекратилась, болтовня и музыка стихла. Гангстеры всех форм и размеров повернулись, чтобы посмотреть на них, и Миа вздрогнула, вспомнив, как она была здесь в последний раз.

— Я ищу Нико.

Тишина.

Джулс толкнула ее локтем в спину.

— Меня зовут Мия.

— Она его жена, — добавила Джулс. — Миссис Нико Тоскани. А если вы мне не верите, то посмотрите на ее кольцо.