Больше всего хочу вернуться в общежитие, оказаться подальше от этого дома. Но я чувствую себя настолько грязной, что желание принять душ перевешивает. Перепрыгивая через ступеньки, влетаю в спальню и, сняв с себя куртку, кидаю на кровать. Рубашку Шведова сдираю, уже захлёбываясь слезами. Швырнув белую ткань на пол, несколько раз впечатываю её ногой в палас, представляя, что это Шведовы.

Забежав в прилегающее помещение, включаю кран и забираюсь в ванную, обессиленно оседая на колени. Напор бьёт на максимум, горячая вода хлещет по коже, но мне наплевать. Мысли о том, как Шведов раздевал меня бессознательную, пытаются пробиться в голову, но я отгоняю страшные фантазии. Не хочу думать о том, как он касался меня своими грязными лапами. Трогал. Пытался взять…

Дамбу прорывает. Истерика настигает, и я начинаю реветь во весь голос, натирая кожу мочалкой. Скорее смыть с себя прикосновения. Убрать чёртов запах. Уничтожить все воспоминания о сегодняшнем дне. Забыть поскорее, каким взглядом Руслан смотрел, а после вышвырнул из машины.

Мама, папа, мне вас так сильно не хватает… Жгучая тоска по родителям разъедает, я остро ощущаю их нехватку.

Дверь приоткрывается без стука, я дёргаюсь, прикрывая голое тело руками, но, увидев на пороге Инессу, немного расслабляюсь.

— Он точно не успел ничего сделать? — сноха останавливается в проёме, прислонившись к косяку.

— Да… — прячу заплаканное лицо. Не хочу показывать слабость перед мегерой.

Я жду, что Инесса уйдёт, но она проходит вглубь. Молча закрывает пробкой слив, берёт с полочки пену и наливает в ванную, постепенно начавшую заполняться водой. Я наблюдаю за процессом, не понимая, для чего она это всё делает. Наконец сноха аккуратно забирает из дрожащих рук мочалку, поливает её гелем, вспенивая, и принимается уверенно натирать мою кожу.

Слова застревают в горле от происходящего акта нежности. Никогда в этой жизни мы не были близки, Инесса только и делала, что тюкала меня и гнобила с самого детства.

— Зачем ты это делаешь? — решаюсь спросить, столкнувшись взглядами. В этот момент Инесса переходит на мои волосы, намыливая прядки, которые от воды снова превращаются в упругие пружинки.

— Мы живём одну жизнь, не стоит тратить её не на тех людей, — слова снохи кажутся бредом. Сначала я не понимаю, как ответ относится к поставленному вопросу, но затем до меня доходит. — Нужно думать и заботиться только о себе. И ни одна угроза не должна остановить тебя на этом пути.

— Думала, что мой папаша мудак, но твой дядя его переплюнул! — Таня в очередной раз дословно вытягивает из меня пересказ ночного визита домой. — Мне очень жаль, заяц, ты не должна была проходить через это в одиночку. Близкие люди должны поддерживать тебя, а не тянуть вниз. Если они этого не делают, возможно, пришло время пересмотреть свои приоритеты.

Подруга притягивает, крепко-крепко обнимая. Я прекрасно понимаю, к чему этот тонкий намёк, и даже задумываюсь над словами. Рядом с Танькой мне легко и спокойно как никогда. Она стала настоящим спасением и отдушиной, заменив родную старшую сестру. И мне безумно стыдно, что её тяжёлый период после разрыва с Давидом и аборта она проходила одна.

О том, как Соколова высказывалась о поступке Демьяна и поведении Руслана, лучше не стоит упоминать. Ни одного приличного слова в её тираде не было. Подруга порывалась найти их обоих и натравить на каждого толпу парней из бойцовского клуба. Не волнуйтесь, мы с Егором вовремя успели её остановить. Воронцова этот порыв сильно повеселил. Не могу не заметить, как хорошо они начали ладить между собой, и это безумно радует.

Прошло уже два дня, эмоции слегка поулеглись, и я постепенно отпустила ситуацию, насколько это возможно в текущей реальности. Нет времени лежать и жалеть себя, затапливая комнату общежития слезами.

К счастью, Руслан в университете за это время ни разу не появился, и я могу спокойно дышать, зная, что его нет где-то поблизости. Так проще, намного.

Незаметно наступила пятница. А это значит, что сегодня долгожданная для Таньки вечеринка. Вернувшись из университета, Соколова не подозревает о том, что я собираюсь бессовестно слиться.

— Что значит «не пойду»? — восклицает она, услышав категоричный отказ. — Ещё как пойдёшь!

— Нет, Тань, — отрицательно мотаю головой, сидя на кровати по-турецки. — Весь наш план был ради мести Князеву. Ты же понимаешь, теперь в этом нет никакого смысла…

— Смысл есть всегда! — воинственно упирает руки в бока, буравя взглядом.

— Руслан и так думает, что я изменяла с ним назло Демьяну. Я сама ему об этом сказала, — сглатываю болезненный ком, что сжимает горло. — И наверняка считает, что мы со Шведовым вместе. Он ненавидит меня, понимаешь?

— Не знаю, каким нужно быть тупым валенком, чтобы поверить в эту чепуху! — вздыхает, качая головой, и принимается загибать пальцы, перечисляя. — Он тебя девственности лишил? Лишил! Сутками напролёт рядом находился? Находился! В покоцанном состоянии с квартиры Шведова увозил? Увозил! Он придурок, если увидел между вами с Демьяном «любовь»!