Сегодня в университете проходит благотворительный концерт симфонического оркестра. Признаюсь честно, поначалу я наотрез отказывалась тратить время на просиживание штанов, но за неимением выбора оказалась здесь. К своему стыду, в процессе я настолько втянулась, что искренне раскаялась от собственных гадких мыслей.

— Я щас вырублюсь, — Егор делает контрольный зевок, благо прикрывает разинутый до потолка рот ладонью.

— Заметно. Уймись, — шикаю на друга, ткнув его со всей дури локтем в бок.

— Астахова, ты чё! — рыжий искренне возмущается моей наглости. — Больно, вообще-то. Мне и так вчера на трене чуть печень не отбили.

— Ну прости, я не знала, — злобно сверкнув глазами, устраиваюсь в кресле поудобнее, скрещивая руки на груди. — Нытик.

Вернув внимание к сцене, я снова погружаюсь в мир размышлений, позволяя унести меня далеко-далеко. Туда, где нет проблем, тяжести прошлого и неизбежности будущего.

Недаром говорят: музыка исцеляет душу. Несмотря на всё происходящее вокруг, я здорова, я жива, я дышу. Имею ли я право жаловаться на судьбу, если ни в чём не нуждаюсь, в отличие от людей, ради которых организован данный концерт?

Не имею…

Лежащий в кармане джинсов мобильник начинает вибрировать, и я моментально напрягаюсь. Мне редко звонят, Таня написала бы сообщение, а засыпающий Егор сидит рядом.

Недоброе предчувствие пускает корни, заставляя нервничать. И как оказалось, не зря. Достав телефон, в ужасе пялюсь на светящийся экран с наименованием абонента «Не брать трубку».

Демьян.

Чёрт!

Сердце галопом пускается вскачь. Мы не виделись и не общались с того самого дня, когда я лежала дома. Шведов-младший не объявлялся. Почему именно сейчас? Что ему нужно?

— Алло, — наклоняюсь ближе к коленям Егора, прикрывая гаджет ладошкой, тем самым заглушая звучащую вокруг музыку.

— Ты где?! — в трубке с ходу звучит раздражённый голос жениха.

— В университете, — отвечаю сквозь стиснутые зубы.

— Чё за дерьмо там орёт? — Демьян говорит странно, и это наталкивает на определённые мысли о его состоянии.

Единственное дерьмо, которое я слышу — это ты, козёл.

— Симфонический оркестр. Знаешь, что это такое? — не удерживаюсь от колкости в сторону блондинчика.

— Типа дерзкая стала? — надменно хмыкает, а я еле сдерживаюсь, чтобы не послать его куда подальше.

Нельзя, не хами, Лиза. Ради семьи ты будешь терпеть. Для их безопасности.

— Говори быстрее, что хотел. Мне некогда, — пытаюсь быть максимально спокойной, соответствовать собственным мыслям и убеждениям.

— На улицу выходи.

— Зачем?

— Зачем-зачем? Выходи, блядь! — переходит на повышенный тон. Я, конечно, знала, что он придурок редкостный, но чтобы вот настолько псих — нет. — Я тебе разжёвывать должен?!

Дыхание сбивается от накативших флешбеков. Очень плохо в прошлый раз закончился визит Демьяна…

Бросив в трубку неразборчивое «хорошо», отключаюсь. С каждой пройдённой секундой, пока я пялюсь в никуда, внутри нарастает паника.

— Ты куда? — издалека слышу голос Егора. Друг, нахмурив брови, наблюдает, как, поднявшись на ноги, я растерянно разворачиваюсь в сторону выхода.

— Всё нормально, — отмахнувшись, отвечаю невпопад. — Скоро вернусь.

Покинув набитое студентами помещение, меня оглушает тишина холла. Увидев предмет слежки, ожидающая охрана приходит в действие. В ушах стоит странный звон, избавиться от которого невозможно. Наверное, нужно время, как и для всего…

В голове рой мыслей. Дежавю заполняет меня от кончиков ушей до самых пят. Без конца всплывает роковой день, когда Демьян приехал. А потом нас увидел Руслан, а потом… а потом моя жизнь закончилась.

Глухой звук шагов отскакивает от стен, странное предчувствие сдавливает внутренности, затрудняя дыхание.

Дыши, всё нормально.

История не повторится. Руслану ты больше не нужна, а встречи с Демьяном теперь неизбежны. Интересно, амбалы, преследующие по пятам, защитят меня в случае чего?

Глупая усмешка слетает с губ. Идиотский вопрос. Конечно же, нет. Они работают на отца Демьяна и не посмеют укусить руку, которая их кормит. Защиты ждать не откуда. Ты сама по себе, Лиза.

Забрав верхнюю одежду из раздевалки, накидываю куртку у центральных дверей и выхожу наружу. Морозный воздух, по обыкновению, обжигает разгорячённое лицо.

Выцепить нужную машину на полупустой парковке не составляет труда, тем более что Демьян расслабленно стоит, опершись на своего железного коня.

— На сегодня свободны, она со мной едет, — без приветствий первым делом сообщает Шведов, обращаясь к охране.

— Я никуда не еду. — Складываю руки на груди и произношу так, чтобы слышали все присутствующие.

— А тебя, соска, никто не спрашивал, — бросает он более чем презрительно, будто я и правда пустое место.

Соска?!