— Мы к Джону? — наконец догадавшись, спрашиваю, облизывая пересохшие губы. Внутри, что-то ёкает от очередного осознания, что для всего мира он умер.

Решил задобрить, показав Джона после новости, что вернул свою бывшую? Или чё он с ней там с делал.

— Не только, — отвечает уклончиво, помогая снять куртку, сбрасывает свою тоже, велит разуться и ведёт к лестнице на второй этаж.

На пути нам встречаются охранники, персонал в медицинской одежде. Все солдаты или как их ещё назвать останавливаются и учтиво здороваются с Князевым, видимо он тут частый посетитель. Либо же это вообще люди из клана Артёма. Скорее всего так и есть, необходимая мера для безопасности Джона. Парни, охраняющие территорию на улице по всей видимости тоже. А может и нет. Спрашивать не буду, уж простите.

Что вообще происходит, блин? Какое-то отдельное государство. У доктора хоть есть разрешение на открытие частной больницы? Лицензия? Вытворяют, что хотят! Я сейчас так зла и токсична, что раздражаюсь даже от собственного дыхания.

Наверху Князь идёт коридорами и останавливается у одной из светлых дверей. Как по щелчку, непонятно откуда рядом появляется тот самый Майкл. Отворачиваюсь, чтобы не смотреть, он тот самый гонец с плохой вестью, от этого и неприязнь.

— Добрый день, — не смотря на моё поведение, заместитель мужа или кто он там вежливо здоровается. Бубню в ответ, что-то типа «здрасьте» дёрнув плечом. — Арт, может один на один для начала? — произносит пониженным тоном, но я всё равно всё слышу.

Что за тайны?

— Открывай, Майкл. Давно пора знакомиться, — непреклонно звучит шершавый голос Князева.

Знакомиться? С кем? С Джоном? Больные что ли, он же без сознания.

Клубок неконтролируемого волнения нарастает внутри живота с каждой секундой прибавляясь к ноющей боли. Странное ощущение, как в школе, когда тебя вот-вот могут вызвать к доске, а ты нифига не готовился к уроку.

Не споря, Майкл вставляет ключ в замочную скважину, делает несколько оборотов и отходит в сторону, а после вообще незаметно ретируется.

— Не закатывай скандал сходу. Помни, что я тебе сказал: Адалин не моя бывшая, — произносит наставление голосом главы клана, вальяжно подходит к двери, на секунду как будто внутри него всё же есть доля сомнения нужно это делать или нет мешкается, но нажимает на ручку и открывает злосчастный кусок дерева. Если она не бывшая Князева, то кто?..

Дурная, чего я ожидала, что наружу выскочит Пенни Вайс в костюме клоуна? Как сразу не догадалась куда и к кому он меня притащит?!

Подзависаю от вида: из угла комнаты смотрит взбешённая как бык блондинка с растрёпанными волосами.

Делла.

Она смотрит на нас, а мы на неё.

— Входи, — муж мягко подталкивает пройти в помещение, но я у упираюсь ногами в пол, а затем разворачиваюсь и пытаюсь обойти его тушу.

— Отошёл, — ледяным тоном, не смотря ему в глаза чеканю, желая свалить из этого места. — Быстро отошёл, Артём. Я не собираюсь участвовать в твоём цирке. Я не зверушка, а живой человек и унижать себя не позволю, — изо всех сил толкаю в твёрдую грудь, чтобы пробить себе дорогу.

Горечь обиды и унижения ощущается мучительно, меня притащили на очную ставку или чё он собирается сделать. Не буду плакать, я не пророню и слезинки.

Князев перехватывает мои руки и насильно втаскивает внутрь, закрывая дверь.

— Ты в своём уме?! Почему я здесь?! — девушка отскакивает от опоры и направляется в нашу сторону, пока я тщетно пытаюсь вырваться из рук Артёма. Её голос… не такой унылый и нежный, как звучал тогда по телефону в охотничьем домике.

— Давай, Делла. Расскажи моей жене кто ты такая. Из-за грёбанной клятвы, мой брак рушится, — Князев игнорирует сказанное блондинкой и выдвигает свои условия, обвивая руками брыкающуюся меня, как в кокон. Его голос жёсткий и требовательный.

Замираю, решив дать шанс, переставая елозить.

— Твой брак рушится, поэтому ты решил уничтожить мою жизнь? — девушка начинает гортанно смеяться, запрокинув голову вверх к белоснежному потолку.

Есть ощущение, что мы в психушке. Уверена, со стороны так и смотрится.

— Говори, Адалин, — Артём звучит более чем опасно.

Да, Адалин, на твоём месте я бы начала уже говорить, потому что ещё пару минут и в меня вселится бес, который порвёт всех собравшихся на куски. Невероятная смена настроения — моя фирменная фишка.

— Какая я дура! Нужно было брать с тебя другую клятву. Такую, чтобы ты оставил меня в покое и никогда больше не объявлялся, а не только умалчивал о моём существовании! — женский голос надламывается, когда она успокаивается и вперивается взглядом сначала в Арта, а затем переводит глаза на меня. Как бы сильно я не ненавидела её, сидящий внутри эмпат сочувствует. Прекрасно понимаю это состояние отчаяния. — Я его сестра, Сара! Родная младшая сестра!