— Не суетись, — муж слегка тормозит и помогает натянуть верх платья, очень аккуратно. Особенно тщательно он тянет ткань платья вниз, прикрывая как можно сильнее ноги, чтобы не дай Боже, никто не заметил мои бёдра.

— Ты обратил внимание на название? — спрашиваю, услышав историю, как оно придумывалось из уст Адама Коулмана. Мы выходим из туалета держась за руку, не обращая внимание на заинтересованные и порой осуждающие взгляды.

— Belissimo?

— Да. Я думала это отсылка к Италии и итальянской кухне, но Адам назвал ресторан в честь жены. Так мило, — придирчиво оглядываю себя сверху вниз. Такое чувство, что абсолютно все вокруг знают, чем мы занимались. Ох уж это самовнушение. Хотя те, кто находились вблизи, явно слышали звуки и всё прекрасно поняли.

— Вряд ли. Тут скорее чувствуется приложенная рука Джона, — любимое лицо ухмыляется.

Мы начинаем хихикать, входя в зал. Речь пропустили, так хоть решили ещё раз поздравить с открытием. Но всё идёт не по плану.

— Твою мать, — Тёма напрягается, а я прослеживаю его красноречивый взгляд.

Первым в глаза бросается буквально летящий к Адаму и Белле — Джон. Рядом с парочкой стоит эффектная Барби блондинка. Рыженькая выглядит бледнее мертвеца в то время, как Адам излучает неприкрытую агрессию.

Любовница. Клянусь Богом, это любовница Коулмана. Останавливаюсь как вкопанная.

— Не хочу подходить, — выдёргиваю свою ладонь, как будто ошпарилась кипятком.

— Ты чё? — муж непонимающе оборачивается на меня в пол оборота.

— Мне… мне нехорошо, — обманываю на ходу. На самом деле я испугалась. Не хочу оказаться на месте Беллы. Не хочу, прочувствовать эту боль воочию увидев другую женщину своего мужчины.

Но, я представлю, насколько ей больно сейчас.

— Кто эта девушка? — мои губы еле шевелятся, пока взгляд прикован к стоящим на другом конце зала. Зачем спрашиваю? Мне ведь и без пояснения всё понятно.

— Никто, Сара. Эта тёлка не стоит даж обсуждения, — Князев хмурится. — Чё у тебя за реакция не здоровая?

Да действительно. С чего это я? У нас же совершенно нет любовного треугольника и тоже с блондинкой.

Пока мы спорим, вижу боковым зрением, как Белла ускоренным шагом идёт к лифтам, Адам следует за ней, но чуть позади, давая личное пространство. Неконтролируемый порыв поддержать рыженькую движет мною быстрее чем мозг успевает сообразить и принять решение.

— Я стараюсь придерживаться по жизни мыслью: какая разница сколько тёлок у него было до, ведь в итоге он выбрал твоё недовольное лицо! — выпаливаю то, что сама себе вбиваю в голову каждый Божий день, лишь бы призрак Адалин свалил окончательно. — Советую тебе тоже.

Белла не отвечает, девушка выглядит мрачнее грозовой тучи. Ещё бы, представляю, какой цунами происходит внутри её души. Встаю рядом, взглянув на миловидное личико с залёгшей морщинкой хмури между бровей. Двери лифта открываются очень вовремя, но в моменте, когда я собираюсь сделать шаг внутрь вместе с новой знакомой, меня тормозит Артём за руку, заставляя остановиться.

— Мы следующий подождём, — бросает красноречивый взгляд, мол не надо.

Ну надо же, сам тактичность. Аж зубы сводит от его «понимания ситуации».

— Я с Беллой поехать хотела! Ей поддержка нужна, — поворачиваю возмущённое лицо на своего спутника.

Ух, я так взбешена на этого Адама и Артёма! Хочется защитить рыженькую. Она ведь явно робкая лань, которая не в состоянии устроить Коулману жёсткую взбучку за сегодняшнее шоу с той шлюшкой.

— Муж пусть поддержит, — Князев звучит невозмутимо.

— Ага, много ты меня поддерживаешь, — бурчу под нос, складывая руки на груди и насуплено отворачиваюсь.

— Чё сказала? — наклоняется, чтоб заглянуть в моё лицо, но в этот момент открываются створки соседнего прибывшего лифта. Даже не подняв взгляда, обхожу мужа и вхожу в кабину тыкая кнопку первого этажа. — Я задал вопрос, Сара, — не отстаёт со своими тупыми быдло закидонами, вальяжно следуя по пятам.

— Ничё, Артём, — отвечаю тем же наглым тоном.

— Блядь, какая ты невыносимая! — Арт без предупреждения вжимает меня спиной в поручни, придавливая своим телом. — Ты то хули бесишься?

— Оставь меня в покое, — упираюсь ладонью в твёрдую грудь. — Не хочу продолжать бессмысленный разбор полётов.

— Сара, объясни мне ёбаный в рот. Откуда жёсткие перемены настроения? Ты знаешь эту тёлку или чё?

— Откуда я могу её знать? Что за тупые вопросы?! — стреляю уничтожающе глазами, а голос так и сквозит убийственным ядом.

— Тупые?! — гремит на всё пространство вокруг нас. — Это поведение, блядь, у тебя тупое! Чё ещё мне думать прикажешь? Нормально всё было и резко как пришибленная себя вести стала! — Князев беспардонно тычет мне в плечо указательным пальцем, от чего становится неприятно и некомфортно. Как будто котёнка, нагадившего не в лоток, макает мордочкой.