— Видела, что он пришёл и не остановила меня? — щурю глаза на предательницу, которая позволила изливать душу, пока муж стоял позади и грел уши.

— Ты должна учиться быть с ним открытой и не стесняться говорить, что на душе. В этом залог счастливых отношений, — латиноамериканка поднимается на ноги, слегка наклоняется целуя меня в лоб, её голос больше походит на шёпот: — Ты ведь сама ему говорила об открытости. Так начни хоть сейчас первой, — Эм по-хитрому подмигивает, берёт с соседнего кресла сумку и с загадочной улыбкой на лице направляется к выходу. Пока я, буравлю её силуэт сверлящим взглядом.

— Всё слышал? — склоняю голову набок повернувшись всем корпусом на Артёма, когда наконец-то прихожу в себя оправившись от жестокого предательства. Муж стоит вальяжно облокотившись на стену и открыто наблюдает за мной.

— Всё, — подтверждает не скрывая. Хотя чего ещё я ожидала услышать в ответ? Он всегда говорит напрямую не увиливая.

— А тебе не говорили в детстве, что подслушивать не хорошо? — сгибаю руку ставя на подлокотник дивана и подпираю подбородок кулаком.

— Говорили, — Князев расслаблен, как кот, объевшийся сметаны и меня это, так бесит, что хочется мигом насолить ему.

— Почему не запомнил? В жизни бы пригодилось, — язвлю с напускным спокойствием вторя ему, на губах даже играет еле заметная улыбка.

— Я слал таких учителей нахер, — выгибаю бровь, пока Артём отталкивается и походкой хищника надвигается на меня.

— А меня? Тоже пошлёшь нахер? — нервно откидываю прядку волос назад, когда между нами остаётся расстояние вытянутой руки.

— Только если на свой, — обольстительная улыбка озаряет мафиозное лицо.

— Ты невыносим, — закатываю глаза еле сдержав глупую улыбку. — Шутки за двести. Попроси меня ещё сказать: триста!

— Чё? — муж подходит, проводя ладонью по моим волосам и не удосужившись обойти диван, просто запрыгивает на него через спинку.

Артём сейчас выглядит, как истинный бандит, одетый во всё чёрное: широкие брюки карго со свитшотом и кроссовками. Лишь кобуры с пистолетом не хватает. На голове такого же цвета шапка. Только выглядит мой муж не как глава клана, а как его сын. Удивительно, как он умещает в себе стиль и такой образ жизни.

— Боже, дай мне сил, — вздыхаю, поднимаясь с места. — Как тяжело жить с человеком, у которого американская душа и таких простых шуток он не понимает.

— Куда намылилась? — кивает головой на диван: — Села, быстро.

— Хочу приготовить нам ужин, — наклоняюсь за недопитым какао. — Ты голодный?

— Голодный, — Артём перехватывает мою ладонь с посудой и забирает стакан, отпивая из него, но продолжая упорно смотреть прямо в мои глаза. И чувствую всеми фибрами души, слово «голодный» было не о еде. А судя по плотоядному взгляду, который начинает гулять по моим ногам в коротких шортах мысли подтверждаются.

— Бля, чё такой сладкий? У тебя задница не слиплась? — морщится от какао.

— Хочешь проверить? — не сдержавшись пытаюсь нагрубить, но потом понимаю, как это прозвучало. Так хочется сложить руки на груди в защитном жесте, но не могу этого сделать и мысленно проклинаю весь белый свет.

Хищный и еле уловимый проблеск в глазах Князева вынуждает меня начать инстинктивно пятиться назад.

— Хочу! — уверенный хриплый голос, заставляет внутри, что-то ёкнуть. — Ой как сильно хочу, Лиса! Иди к сюда, зайка моя, — поднимается с дивана идя целенаправленно к своей цели. То есть ко мне.

Еле сдерживаюсь, чтобы не развернуться и не рвануть куда глаза глядят.

— Мне нельзя бегать, Артём. Не вынуждай нарушать советы доктора, — пытаюсь вразумить хоть каплю его здравого смысла, ибо ситуация накаляется, и я начинаю волновать за свою пятую точку, которая может пострадать.

— А ты не убегай, кто ж заставляет, лисичка моя? — хрипло, безумно хрипло звучит муж и я знаю, этот тон.

Возбуждённый.

— Не могу. Ты попытаешься лишить мою задницу девственности, — не обдумав выпаливаю первое, что приходит на ум и Артёма выносит на смех. Муж останавливается и начинает в прямом смысле этого слова угорать с меня, приложив ладонь к животу. Прыскаю, не удержавшись его заразительному смеху, который звучит в этом доме крайне редко.

— Иди ко мне, дьяволица, — продолжая смеяться, протягивает раскрытую ладонь подзывая.

Размышляю пару секунд на целесообразность и разумность, и прихожу к выводу, что хватит бегать друг от друга. Не малые дети. Я ведь дала себе слово приручить зверя и самой стать покладистой.

Делаю один неуверенный шаг, затем ещё и как итог подхожу к мужу. Артём притягивает меня к себе, обвивая рукой талию и целует в висок тёплыми губами.

— Я скучала, — осекаюсь, поглядывая на мужа, чтобы считать его реакцию. Нравится ли такая честность?

Долго ждать не приходится.

— Моя девочка, — одобрительно урчит, водя губами по нежной коже лица, невыносимо ласково и томно… или мне так кажется?