Сжав губы и упорно игнорируя дрожь в руках, сначала тянусь к резинке штанов. Другого выхода, кроме как поскорее закончить с этими муками, у меня нет.

Сбежать и отказаться от данного ранее обещания я не могу, ведь продемонстрировать слабость перед Греем – равно выставить себя посмешищем до конца нашего совместного пребывания здесь.

Обхватив кончиками пальцев ткань, осторожно тяну брюки вниз. Чтобы освободить Джона от почти последнего атрибута одежды, мне приходится опуститься на корточки под вопли кричащего внутреннего голоса не делать этого.

Дьявол, с футболкой всё казалось намного проще! По крайней мере, я не была вынуждена находиться на уровне мужского паха и скукоживаться от клокочущего в груди страха.

Да, я боюсь.

Несмотря на то, что Джон всё ещё слаб, его тело в исполосованных от пуль шрамах и он с трудом стоит, мне страшно.

Не потому, что Грей – ужасный и опасный человек, способный причинить мне вред или принудить к ужасным вещам.

Просто… как это получше объяснить.

Я ощущаю себя в ловушке, понимаете? Загнанной в угол мышкой. Мне некуда отступать и давать заднюю.

– Боксеры оставь, – иронично подкалывает этот говнюк, а мне хочется заорать во всё горло. – А то я могу расценить твои действия как домогательства.

Не показывай ему слабости!

– Что я там не видела? – собрав остатки самообладания, назло парирую.

– Не знаю, но если захочешь пересмотреть – я не против.

Шумно выдохнув, поднимаюсь на ноги. Спорить с этим типом – всё равно что отражать бесконечные атаки.

– Идём, – киваю в сторону раскрытых створок.

Походкой победителя Грей аккуратно шагает к душевой кабине и входит внутрь. Я же остаюсь стоять снаружи, по сути преграждая ему выход. Следом не захожу, так как промокнуть нет ни малейшего желания, а раздеваться я уж точно не собираюсь. Да и для двоих внутри будет слишком тесно.

Горячие струи воды хлещут по мужскому телу сверху вниз, как из ада. Брызги разлетаются во все стороны, и как бы мне ни хотелось остаться сухой, эта задача невыполнима. Нужно находиться рядом и в случае чего успеть его подхватить, удержав на ногах.

Ниже пояса я не смотрю, ибо не готова к этому. Никогда в жизни я не рассматривала обнажённого мужчину и не оказывалась в подобных ситуациях.

Господи, я едва ли выдерживаю, когда Алекс во время поцелуев начинает блуждать по моему телу руками. Сразу же покрываюсь мурашками и прошу не делать этого, говоря, что не готова.

А мечтать или представлять его без одежды у меня нет ни малейшего желания.

Влажный пар давит на грудь. Потянувшись, я поднимаю с полки гель для душа и выдавливаю его на пышную мочалку. Вспенив, протягиваю Грею, стараясь не соприкасаться с ним пальцами.

Весь процесс я борюсь с тахикардией и без конца подкатывающими к глазам слезами.

– Давай сам, я предупреждала, что тереть спинку не собираюсь, – упрямо настаиваю на своём.

Вода льётся на его голову, тяжёлыми струями стекая по растрёпанным волосам. Они липнут к лбу, пряди сбиваются и спадают на глаза. Капли задерживаются на длинных тёмных ресницах, а потом медленно падают, скользя по скулам, цепляя уголки губ. Почему я не могу оторвать взор от этого зрелища?

– Раз так – раздевайся, – многозначительно протягивает нахал, забирая из моих рук предмет. – И тобой займусь.

– Для начала этой мочалкой стоит вымыть твой рот, – желание проехаться по надменному фейсу возрастает с каждой проведённой рядом с ним секундой.

– Я буду жаловаться на ваш отвратительный сервис, – осуждающе покачав головой, Джон не нарушает установившийся зрительный контакт.

– Кому? – не удержавшись, слегка прыскаю от смеха, не взирая на постепенно заволакивающий разум подступающей панической атакой.

– Вышестоящему начальству, – Грей проходится по своей шее и чуть-чуть груди, оставляя разводы от пены. – Мне обещали комфортное проживание и сервис на высшем уровне.

– А по итогу?

– А по итогу прислали наглую русскую девицу, командующую и помыкающую мной, – на этом предложении мы уже оба начинаем смеяться.

Я – так особенно. В эту самую секунду его слова кажутся как нельзя кстати смешными. Даже ловлю себя на мысли, что всего на капелюшечку, но расслабляюсь и проникаюсь к этому засранцу.

Если Джон этим пытался разрядить обстановку, то ему однозначно удалось.

– Ладно, дай сюда, – небрежно выхватив у него мочалку, принимаюсь самостоятельно тщательно намыливать мускулистую шею. Для этого мне приходится изрядно попыхтеть и привстать на носочки. – Раз вам обещали комфорт, то я не стану ронять лицо нашей компании и выполню условия, – произношу нарочито профессиональным тоном.

Нужно было принести стул из кухни и усадить его, чтобы не изворачиваться тут из-за огромной разницы в росте.

– Не думайте, что вот этим всем вы выпросите у меня чаевые, – вторит Джон, принимая важный вид.

– А я в ваших чаевых и не нуждаюсь, – фыркаю, закатывая глаза.