– Ты и Руби – да, – подтверждает он. – Эверли – с наибольшей вероятностью. Но Саммер у вас совсем сапожок.

– Кто?

– Сапожок. Она, скорее всего, отличный писатель, но жутко оторвана от реальности.

– Ладно, – улыбается Зои. – На сколько я в итоге в минусе?

– Пять тысяч, – показывает растопыренные пальцы Леон. – Но ты большая молодец, максимально возможная сумма – десять.

– Ты говорил.

– Минус десять тысяч, Зои.

– Отвратительная игра.

– Уверена?

– Да!

– Тогда почему ты ее не остановила?

Зои обиженно замолкает, а Леон приспускает очки к кончику носа, подмигивает ей и возвращает свое обычное выражение лица.

– Пойдем, уже поздно, а еще надо выспаться.

Опустив глаза на часы, Зои понимает, что сейчас только одиннадцать. В голове проносятся два вопроса, но озвучивает она один:

– Мы доехали за три часа?

– Еще бы, – отвечает Леон. – На пустой трассе мы гнали девяносто миль в час [6].

– Я и не заметила.

Он отстегивается и выходит, чтобы открыть ей дверь.

– Во-первых, я неплохой водитель, а «Тесла» – отличная машина. А во-вторых, ты была слишком занята, чтобы замечать скорость.

На девяноста милях в час он умудрялся спорить с ней о деталях, которые она же упустила… Зои начинает сомневаться в том, что Леон Гамильтон – живой человек. И это странным образом делает его еще сексуальнее.

Забрав обе их сумки, Леон жестом головы указывает идти вперед, по вымощенной дорожке. В темноте хорошо освещенное здание комплекса кажется особенно торжественным. Вокруг высятся старые северные деревья, а черное небо над головой усыпано звездами, которых никогда не видно в Нью-Йорке.

– Мистер Гамильтон, – встречает их высокий статный мужчина в форменной одежде. – Позвольте помочь.

Леон передает ему обе их сумки, отдельно выделяя ту, которая принадлежит Зои.

– Это вещи мисс, – командует он. – Нужно отнести в ее номер.

У них будут… разные комнаты? Зои не успевает зацепиться за эти слова: Леон уверенно проводит ее внутрь, усаживает в кресло и направляется к стойке регистрации. Каждое его движение говорит о том, что он здесь не впервые.

Зато она успевает рассмотреть комплекс изнутри. Просторный холл в светлых тонах больше напоминает какой-нибудь концертный зал, нежели отель. Словно здание стоит здесь со времен Гражданской войны, но хорошо реставрируется… В стену встроен камин, от которого веет уютом, даже когда он не работает.

– Устала? – уточняет Леон, вырастая рядом.

– Нет, это ты жаворонок, у меня только начинается продуктивное время.

– Забавно. Вот ключ, пойдем, у нас соседние номера.

План проверить его стойкость в одной постели с треском проваливается: Зои стоило раньше подумать, что такой мужчина, как Леон, вряд ли поскупится на два номера. Тем более с твердым убеждением не спать с ней до подписания контракта.

– Завтра в семь я зайду за тобой, – коротко командует он. – И у нас планируется сложный и насыщенный день. Поэтому, пожалуйста, постарайся лечь спать сейчас.

– В семь утра?

– Конечно.

– Нам нужно бросить полотенца на лежаки, чтобы занять их? – уточняет Зои.

– Мне нравится твое чувство юмора, – останавливается Леон у двери и протягивает ей ключ. – Не проспи, хорошо?

Глава 21

Принцесса

К собственному удивлению, Зои просыпается в шесть утра без будильника. Она даже не верит себе и минут десять просто смотрит в окно, так и не поднявшись. Сейчас, перед рассветом, она даже не понимает толком, на что смотрит.

Наконец осознав пробуждение, Зои идет к окну и замечает вдалеке за ветвями розовую полоску неба. Окна ее номера выходят на лес, и кажется, словно их окружили толстые вековые деревья, которые приветственно шевелят свежими весенними листьями.

Она столько времени не видела рассвета, а еще больше не была за городом.

– Мы прожили миллион пустых ночей, но я вернусь к тебе, в твоих объятиях теплей… – слышится слева тихий напев.

Зои замирает: он так хорошо ложится на странное полусумеречное утро, и этот бархатный мужской голос, который ей сейчас будто снится, обнимает сзади чувствами и заставляет невольно затаить дыхание.

Это так странно – неожиданно оказаться посреди неизвестного леса в штате Нью-Йорк настолько рано, ощущать под босыми ногами деревянные доски, пока солнечный свет упорно пробивается сквозь густые ветви, а чей-то голос поет неизвестную ей балладу, каждое слово которой пропитано романтикой. Той самой, что она никогда не понимала… но почему-то чувствует теперь.

Песня заканчивается, и последняя нота тает в воздухе, словно ничего не существовало. Зои оборачивается к своей кровати, находит телефон и проверяет время – ей лучше поторопиться. Вот что на самом деле происходит с жаворонками: им доступен час, который игнорирует весь остальной мир, но этот час прекрасен.