– Привел кузину на работу? – едва не рассмеялась я, переводя взгляд на Рэя. – Не переживай, я не буду трепаться.

– А в чем ты пойдешь на вечеринку?

Казалось, Лула отказывалась смириться с тем, что ее оставляют дома. Я бы с радостью поменялась с ней: возможно, напряжение между мной и Хэмишем было еще и из-за этого ужина. Фелисити предупреждала, что именно там они с Гауравом могут перейти в наступление.

Заметка для опытного читателя: вообще-то это не одна из тех историй, где красивую девушку (а я объективно красивая, чертов факт) хотят все мужчины в поле зрения. Гав и Хэм не хотели МЕНЯ, им нужно было еще одно очко в соревновании. Все, чем я заслужила их пристальное внимание, – наличие вагины и их идиотского спора.

А если они оба считали Рэя соперником, понятно, почему так злились.

– Присмотрела одно платье, – призналась я, – но пока не купила.

Потому что деньги на него Эрик обещал скинуть только после выяснения инсайдов по Габону. И прямо сейчас Лула не давала мне заработать их.

Эрик тоже был хорош – этот парень ничего не делал просто так. Хотя здесь я немного преувеличивала. Он не скидывал мне деньги просто так, но вообще-то мог, к бедным его точно не отнесешь.

– Если я переоденусь в платье, мне можно будет на ужин? – развернулась Лула.

– Если еще и пирсинг снимешь, – кивнул Рэй.

– Уна, а ты можешь помочь мне выбрать?

Господи, сколько ей было лет? Шестнадцать? Никогда не чувствовала в себе таланта няни, но под внимательным взглядом Рэя поняла: самое время попробовать. Как этот ассистент умудрялся управлять каждым сотрудником в офисе, словно своим подчиненным?

– Могу, – согласилась я. – Послезавтра поеду в магазин, если хочешь, сделаем это вместе.

– Заметано, – широко улыбнулась Лула.

Она действительно вела себя как чертов подросток. Заказала какую-то безумную башню из пасты, ковырялась в ней вилкой, огрызалась на большинство реплик Рэя. Я наблюдала за ними с ощущением, что Рождество уже наступило: мы сидим за большим столом с дальними родственниками, и двое из них скандалят, а остальные, включая официантов, вынуждены делать вид, что еда очень интересна.

Я не планировала платить за этот обед, искренне надеясь, что Рэй разделял мои мысли. Помните, жаловалась на своих молчаливых родителей? Лучшая семья в мире. По сравнению с этой парочкой они были идеальны.

Ну и ладно, в ресторане хотя бы отлично знали, как готовить мясо. Говядина Веллингтон была такой, словно ее делал лично шеф Рамзи, и если уж работать на Канэри-Уорф, то как минимум ради этого блюда. Я все время отвлекалась на телефон, куда к гифкам от Хэмиша добавились встревоженные сообщения Гаурава и почти панические – Фелисити. Это были блаженные секунды отдыха.

Подружиться надо, да? Иногда я встревала, неизменно занимая сторону Лулы для смеха, но больше молчала.

– Уна, – вдруг позвал меня Рэй.

Я даже подпрыгнула на месте, не понимая, в какой момент пропустила смену темы.

– Ты придираешься к Луле, – тут же сказала я.

Та прыснула, значит, я не попала. Черт.

– Ты будешь десерт?

– Конечно, – я поискала на столе меню, – правда, не знаю, какие здесь…

– Пойдем, я покажу тебе десертную витрину.

Мы оба поднялись, Рэй – как будто все шло по плану, я – словно сама стала неловким подростком. Когда мы двигались к витрине, он положил руку мне на талию. Тело взорвалось от, казалось бы, невинного прикосновения, между нами, как в первый раз, пробежал разряд электричества, и судя по тому, что на секунду лицо Рэя потеряло обычное каменное выражение, он почувствовал то же самое.

Неужели между нами все еще была та странная химия? Или как это сейчас называли?

– Спасибо, что выбралась, – произнес он чуть дрогнувшим голосом, будто пытаясь замять произошедшее. – Лула сложно сходится с людьми.

– Странно, она ведь очень… милая.

– Чаще всего говорят, что ее слишком много, – приподнял уголки губ Рэй. – И я подумал, вы можете поладить. Вы ведь похожи.

– Ты сейчас сказал, что меня тоже слишком много?

– Ты удивлена? Уна, ты занимаешь собой все доступное пространство. Даже когда молчишь.

От возмущения я открыла рот, но не смогла издать ни звука. Это меня-то много?! Он себя видел? Когда Рэй появлялся в здании, до пятидесятого этажа каждая мышь это чувствовала.

– Это говорит человек, который ведет себя так, словно компания принадлежит ему лично! – наконец обрела дар речи я.

– Правда? – с деланным удивлением поджал губы он. – Никогда об этом не думал, спасибо.

И это вся реакция, которую я получила на дерзость?! Пришлось срочно прикусить себе язык: бунтарская натура требовала закончить начатое, повысить ставки и нахамить так, чтобы непременно вывести Рэя на эмоцию. Инстинкт самосохранения, впрочем, затыкал этой натуре рот.