– Черт. Я знал, что так и будет. Ты чертовски вкусная, – его язык прошелся по складочкам, словно пытаясь собрать все до последней капли. – Произнеси мое имя, – снова потребовал он, язык и пальцы замерли в ожидании.

– Ари, пожалуйста! – закричала я, чувствуя, что могу умереть, если он не позволит мне кончить.

– Хорошая девочка, – похвалил Ари, и волна жара разлилась по венам.

Его язык жадно ласкал мои половые губы, пальцы были безжалостны, пока я снова не закричала, – все тело выгнуло от удовольствия.

Он ласкал мой клитор во время оргазма, отчаянно, словно не мог насытиться.

– Ты моя идеальная девочка, солнышко. И чертовски хороша на вкус, – прохрипел он, снимая мою ногу со своего плеча и поднимаясь с пола. – Поцелуй меня, – пробормотал он, напряжение усилилось, когда мы уставились друг на друга. – Попробуй на вкус, какая ты хорошая девочка.

Он наклонился ближе, и я сократила расстояние между нами, слив наши губы в нежном поцелуе. Мой язык скользнул по его рту, и я почувствовала солоноватый вкус… Мой вкус.

Я хотела, чтобы он вечно ходил со мной на губах, чтобы все знали: Ари принадлежит мне.

Забегаешь немного вперед, Блэйк.

– Впусти меня в эту идеальную киску, – грубо потребовал он. Ари просунул руку между нашими телами и стал расстегивать обтягивающие черные брюки. Его рот снова накрыл мой – сладкие стоны потонули в поцелуе.

Я прижалась к нему, тело выгнулось вперед, дыхание стало прерывистым.

Он провел языком вниз по моей шее и груди, жар его рта снова охватил чувствительные соски. Он сделал все, что только возможно сделать с грудью: посасывал, плавно скользил языком… едва уловимо прикусывал зубами. Ари Ланкастер был настоящим мастером. Каждое его движение было сладострастным соблазнением в чистом виде, ведущим мое тело и сердце к удовольствию.

– Ты такая чертовски горячая, – простонал он. – Я даже мечтать не мог о том, как это будет, – он подарил мне последний долгий поцелуй. – А теперь позволь трахнуть тебя, Блэйк, – его рука скользнула в мои волосы. Он удерживал голову и вынуждал смотреть в яркие зеленые глаза.

– Я собираюсь сделать тебе очень хорошо, детка. Ты никогда не захочешь ничего другого.

Я не сказала ему, что уже не хочу ничего другого. Честно говоря, я не могла представить себе ничего лучшего. И не понимала, как возможно без этого выжить.

– Позволишь позаботиться о себе? – пробормотал он, запечатывая поцелуй на губах прежде, чем я успела ответить, словно на самом деле не желал ничего знать. Руки схватили мои бедра сзади, поднимая, и я обхватила его ногами, держась за плечи. Он просунул руку между нашими телами и вытащил член из обтягивающих штанов. В этот момент я погибла.

Потому что член Ари Ланкастера был полностью проколот. Лестница Иакова^[5], простирающаяся от основания гигантского члена до самой головки.

Очевидно, я бы поняла, что это не Кларк, в ту же секунду, как он вытащил бы эту штуку. Потому что член Кларка никак не шел ни в какое сравнение.

Ари, должно быть, увидел выражение благоговейного ужаса на моем лице…

– Не бойся, детка, это будет чертовски приятно, – простонал он, медленно входя в меня.

Я не могла дышать. Он был всего на сантиметр внутри, а я уже была растянута до предела.

Совершенно за гранью.

Я болезненно простонала, и он успокаивающе провел рукой по моему лицу.

– Ты так хорошо меня принимаешь.

Он точно хотел разорвать меня на части, потому что я была уверена, – этот член никогда не поместится у меня внутри полностью. Это никак не поместилось бы ни в кого – ладно, Блэйк, сейчас не время думать об этом члене в ком-то другом.

Эта мысль отчего-то привела меня в бешенство. Кто бы говорил, в текущих обстоятельствах.

– О, черт! – закричала я, когда он вошел еще глубже. Я чувствовала каждый сантиметр пирсинга, когда тот касался чувствительной точки. Его ладонь оказалась на моем животе и скользнула ниже, на клитор, начав нежно его потирать. От приятного трения я немного расслабилась, и он смог уверенно протолкнуться внутрь.

– Еще пару сантиметров, малышка, – пробормотал Ари так, словно ему самому было больно сдерживаться. – Я думал об этом с того момента, как снова нашел тебя, – прошептал он грубым, властным голосом.

Я лишь смутно осознавала, что он говорит, и, на самом деле, мне было плевать на сказанное. Я была слишком наполнена, чтобы думать о чем-либо, кроме девятнадцати или двадцати сантиметрового пирсингованного члена, который в данный момент так сладко входил в меня.

Пристальный взгляд с опьяняющей смесью желания и похоти был прикован к моему лицу. Я не могла этого вынести, интимность момента уже почти полностью поглотила меня.

Я отвела глаза, потому что это напряжение невозможно было вынести. Он смотрел слишком пристально.

Однако Ари этого не выдержал. Он схватил меня за подбородок и заставил снова посмотреть на великолепное лицо.