Я киваю и беру телефон с уже разблокированным экраном, который он мне протягивает. Вульф паркуется перед дверью гаража, которая остается закрытой, достает пистолет из бардачка, а затем, проверив, заряжен ли он, выходит из машины. Называйте меня сумасшедшей или просто любопытной, но, нажав кнопку набора рядом с именем Джейса, я прижимаю телефон к уху и приоткрываю окно.

– Чем мы обязаны такому неудовольствию? – Вульф окликает двух байкеров, держа оружие наготове.

Пистолет направлен в землю, но угроза очевидна, хотя байкеры кажутся невозмутимыми.

– Вульф, – быстро отвечает Джейс.

– Это Кора, – шепчу я, но, черт возьми, если бы я говорила громче, мой голос бы задрожал.

– Что-то не так? – Тон его голоса меняется на озабоченный.

Мне трудно сопоставить эту эмоцию с Джейсом, хотя я бы тоже забеспокоилась, если бы кто-то ни с того ни сего позвонил мне с телефона друга.

– Я… мы припарковались на подъездной дорожке, и Вульф разговаривает с двумя байкерами, они заехали за нами внутрь.

Он чертыхается.

– Я в двух минутах езды. Оставайся в гребаной машине.

Связь обрывается прежде, чем я успеваю сказать ему, что Вульф уже отдал мне этот приказ, и я не идиотка.

Я запираю двери и пригибаюсь чуть ниже. Даже в таком положении я могу видеть, как один из мужчин поднял забрало шлема, но до меня не долетают его слова. Он продолжает указывать на машину, и Вульф быстро встает перед ним, но не наставляет на них пистолет и не приказывает убраться со своей территории.

Видимо, Джейс преувеличил время своего прибытия, потому что мне показалось, что прошло всего секунд тридцать, когда по улице с ревом пронесся еще один мотоцикл. Человек на нем перегородил дорогу двум байкерам и плавно спрыгнул с мотоцикла, сняв шлем.

Джейс приподнимает бровь, и я не уверена почему, но этот дерзкий жест действует как приказ. Оба байкера повторяют за ним и снимают шлемы, но я не узнаю ни того ни другого. У первого, который разговаривал с Вульфом, лысая голова и татуировки до подбородка, другой выглядит смутно знакомым, но я не могу вспомнить, где я его видела. Он моложе напарника, у него темные короткие волосы и гораздо меньше татуировок.

Джейс подходит ближе к мужчине, слушая, что он говорит, и я практически сгибаюсь пополам, чтобы посмотреть в заднее стекло, но это не помогает мне слышать их разговор, а моих навыков чтения по губам явно не хватает.

Мне кажется, что Вульф все еще на взводе, но теперь, когда появился Джейс, их шансы уравнялись, и он может себе позволить выплеснуть накопившуюся энергию. Вульф расхаживает взад и вперед, а затем наконец останавливается около машины.

Интересно, где сейчас Аполлон, ведь, должно быть, они вместе занимаются всем этим незаконным дерьмом: запугивают людей, заставляют их подчиняться, убивают гангстеров. Мое воображение могло бы продолжать развивать эту мысль по спирали с бесконечным количеством картин, мелькающих у меня в голове.

Но затем Джейс указывает на дорогу, и двое незваных гостей, повиновавшись, уходят, а я спешу повернуться лицом вперед. Ведь я не хочу, чтобы это выглядело так, будто я за ними шпионила.

Я нажимаю на кнопку отпирания дверей, однако мою дверь распахивает вовсе не Вульф, а Джейс. Он буквально вторгается в мое личное пространство, загоняя меня в угол.

– Что в тебе такого, что всегда притягивает неприятности?

– Во мне? – усмехаюсь я.

– Да, в тебе, ты приносишь с собой хаос.

– Серьезно? Я ничего не делала, кроме того, что пыталась выжить. И не заставляй меня повторять этот опыт.

– Этот опыт как заноза в заднице, – усмехается он.

– Что? В смысле?

– Есть такая вещь, которая называется «мелкий шрифт», – качает головой Джейс. – Я просто не могу в это поверить. Ты читала контракт, который подписала, или он просто перевернул последнюю страницу, указав на нижнюю строку?

Я откидываюсь на спинку сиденья, скрещивая руки на груди. Мое раздражение растет, и я прихожу к внезапному осознанию, что Джейс пугает меня не так сильно, как следовало бы. В конце концов, похоже, что он изо всех сил старается меня обезопасить, а это же должно что-то означать?

Возможно, и нет.

Однако его бахвальство только выводит меня из себя.

– Во всем, что произошло после того, как ты объявил меня невидимкой, нет моей вины, – говорю я, хмуро смотря на него. – А чего, черт возьми, ты ожидал? Ведь ты разрушил мою жизнь.

Старая песня о главном.

– Тебе следовало уйти! Вернуться домой к маме с папой и признаться, что Стерлинг Фолс разжевал тебя и выплюнул, потому что, очевидно, ты слишком тупа, чтобы избежать неприятностей в этом городе, – выражение его лица не злое, а скорее раздраженное, но он определенно не раскаивается.

– А тебе следует просто вынуть эту занозу из своей задницы! – парирую я, выпрямляясь на сиденье. – Может быть, это сделает тебя меньшей размазней, похожей на размокшую туалетную бумагу?