Я изо всех сил стараюсь не пялиться на Аполлона, когда он выходит из-за угла и проходит на кухню. Однако поскольку звуки секса было легко услышать сквозь тонкие стены – это трудно. Когда все началось, Вульф вышел через черный ход, захлопнув за собой раздвижную стеклянную дверь. Я думаю, что мне просто нравится мучить себя, поэтому и остался.

– Не хочешь поспать? – спрашивает Аполлон, и я хмыкаю.

Мы с Вульфом не ложились все это время, пока они спали и трахались. Обсудили все, что знали об этом парне Бене и о том, как искренне встревожилась Кора из-за того, что мы оставили его одного. Так что следующим пунктом в списке наших дел – найти парня. К счастью для Коры, на моем мотоцикле установлен GPS-трекер и, если он его не нашел и не выбросил, найти его будет несложно. Но мы не будем с этим торопиться, так как мне нужно, чтобы все мы были здоровыми и сильными, а это возможно, только если все мы как следует отдохнем.

– Где Вульф? – спрашивает Аполлон, подойдя к кухонным шкафам.

Порыскав в них, он находит банку с арахисовой пастой, на которой лежит толстый слой масла, но, кажется, это его не беспокоит. Он просто вскрывает банку и мешает содержимое ножом.

– Ты ожидал, что он будет сидеть до конца? – спрашиваю я, прислонившись к стойке и скрестив руки на груди.

Аполлону хватает благородства покраснеть.

Раздвижная дверь открывается, и в дом входит Вульф. Через его плечо перекинута сумка Коры, а в руке он держит футляр с виолончелью. При виде Аполлона он сохраняет невозмутимое выражение лица, но роняет сумку и инструмент на пол.

– Ты должен отдать ее сам, – говорит он мне. – В конце концов, это был твой подарок.

– Аполлон встанет на вахту, – киваю я. – А нам с тобой нужно отдохнуть.

Вульф похож на привидение, и я думаю, это оттого, что он находится здесь лишь телом. Его мысли по-прежнему где-то далеко отсюда – и это никуда не годится. Полагаю, каждому из нас нужно загладить свою вину перед Корой, но разве ему было недостаточно того, что она покаталась на его пальцах в машине?

Я морщусь и, схватив кейс и ее сумку, иду наверх, больше не смотря на Аполлона.

Вульф уже закрыл дверь в одну из спален, которую выбрал для себя, и, пройдя мимо открытой комнаты, что досталась мне, я вижу Кору, стоящую в дверях последней по коридору спальни.

– Это… – Она смотрит на сумку и кейс в моих руках, хмурясь.

Сам не знаю почему, но я прохожу мимо Коры в ее комнату. Мне следовало бы развернуться и уйти, но что-то в этой грязной постели, на которой они с Аполлоном недавно занимались сексом, притягивает меня, пронзая сердце насквозь. Это просто пытка, и, кажется, я снова не могу остановиться и перестать себя мучить.

Я бросаю ее сумку на кровать и отступаю назад, но не ухожу из комнаты. Кора, одетая в футболку и серые трусики, медленно подходит ко мне. Ее ноги босы, но, похоже, ее это не волнует. Расстегнув молнию на сумке, она вынимает из нее футболку, черные легинсы, белые носки и туалетные принадлежности, а затем достает какую-то серебряную цепочку.

– Что это? – спрашиваю я, когда она раскрывает ладонь.

Она смотрит на меня, и я вижу, как краснеет ее лицо, становясь почти такого же цвета, как и растрепанные волосы. Подойдя ближе, Кора протягивает мне цепочку, на конце которой висит кулон из черного камня, оправленный серебром. На обратной стороне написано: «К.С. с любовью».

Меня пронзает приступ ревности, который мне приходится мысленно подавить. Быть любимым – это так важно. Важно иметь что-то, за что можно держаться.

Я возвращаю ей кулон с цепочкой, но она отмахивается.

– Оставь его себе, – говорит она.

– Что? Почему?

– Потому что мои родители отправили меня в лагерь на острове. Они остановили свой выбор на нем только после того, как убедились, что я не смогу совершить чертов побег. – Она подходит ближе. – Кто так делает? Это они организовали все, что, черт возьми, с нами случилось. Тот парень, ворвавшийся в клуб Адских гончих, судя по всему, до этого совершенно не испытывал проблем с тем, чтобы убить любого, кто вставал у него на пути. Это чудо, что он не всадил в тебя пулю. – Она тычет пальцем мне в грудь. – Господи, Джейс, тебя чуть не убили.

– Но не убили же. – Я хватаю ее за запястье.

– Он посадил тебя в свою машину и ударил электрошокером.

Она вырывается из моих объятий и снова толкает с гораздо большей силой, чем я ожидал. Я чувствую, как во мне вспыхивает гнев, и, схватив Кору, я притягиваю ее ближе, а затем наклоняюсь к ней, пока мы не оказываемся нос к носу.

– Меня тошнит от этого города и тошнит от того, что все берут надо мной вверх. Тошнит от Аполлона, выставляющего напоказ, что у него есть к тебе чувства. Тошнит от Вульфа, который может прикасаться к тебе.

– Возможно, для тебя это новость, засранец, но ты тоже можешь прикасаться ко мне.

Черт, что она сказала?