– Я всегда готов, – отвечаю я и повторяю его позу, положив руки на бедра, совершенно забыв о чувстве голода.

Даже не глядя в мою сторону, Аспен нанизывает салат на вилку и смотрит на Талию, которая сидит чуть дальше, рядом с Майлзом, Вайолет и Грейсоном. С другой стороны от нее сидит Уиллоу, а рядом с ней Нокс, как будто они решили разделиться на пары. При этом Талия и Майлз кажутся свободными и не проявляют особой привязанности к кому-либо.

Они что, пытаются меня с кем-то свести? Я почти уверен, что это дело рук Уиллоу и Вайолет.

– Знаешь, Аспен, – Нокс наклоняется к нам через Уиллоу, – до того как появилась ты, Стил был самым тихим сукиным сыном в команде, а теперь его не заткнуть.

– Правда? – спрашивает Чейз.

Аспен смотрит на меня, а затем удивленно приподнимает бровь и переводит взгляд на Нокса.

– Ну, похоже, сейчас ему сказать нечего.

Я инстинктивно кладу руку на ее бедро в качестве предупреждения. На Аспен черная облегающая рубашка, которая слишком сильно открывает зону декольте. Волосы распущены, а на лице нет ни грамма косметики. Она принадлежит к числу тех девушек, которые, по словам парней, привлекают их внимание. Однако затем эти парни отдают предпочтение хоккейным болельщицам, которых больше интересуют игроки, чем сама игра, или выбирают более доступные варианты.

Черт, я и сам грешу этим, ведь выбирать из вышеперечисленного намного проще, и это не так драматично. Мы все знаем, как тяжело пришлось Пэрис в прошлом году, хотя Грейсон с легкостью справился с этой ситуацией. Он играл с Пэрис, как с дешевым магнитофоном, лишь для того, чтобы обратить на себя внимание Вайолет.

Я провожу рукой по ноге Аспен и чувствую, как теплеет ее кожа под моими прикосновениями, даже сквозь легинсы. Она пытается отодвинуться, но не отталкивает меня, даже когда я протискиваю руку между ее бедер и касаюсь через легинсы и трусики ее киски.

– Мне нужно многое тебе сказать, – наконец произношу я, поглаживая внутреннюю сторону ее бедра, намеренно избегая тех мест, где она хочет почувствовать мое прикосновение, чтобы не поддаться эмоциям и не потерять контроль. – Я просто ищу более креативные способы выразить свои мысли.

– Значит, ты… – ее голос становится выше.

– Да, – улыбаюсь я, и эта озорная штучка разводит ноги еще шире. – Мне это нравится. На игру я собираюсь надеть на тебя свою майку, – предупреждаю я Аспен, а затем наклоняюсь ближе и шепчу: – А потом я собираюсь трахнуть тебя в этой майке. Снова.

Чейз мычит что-то невнятное, словно выражая свое недовольство, а Аспен смотрит на меня, раскрыв рот. Я подсаживаюсь к ней ближе и обнимаю за шею. Воспользовавшись удивлением девушки, я прикасаюсь губами к ее губам и сразу же проникаю в ее рот языком. Поцелуй мгновенно становится страстным и непристойным, потому что она начинает стонать, и я будто теряю рассудок. Все мои инстинкты требуют, чтобы я повел себя как пещерный человек: увел ее в укромное место и овладел ею так, как она того заслуживает. Но, похоже, мне придется ограничиться лишь публичным поцелуем.

Я сразу же задаюсь вопросом: пойдет ли этот поцелуй на пользу ее репутации или же, наоборот, нанесет ей вред? Откровенно говоря, в любом случае мне это безразлично, ведь через год мы будем очень далеко отсюда.

Подождите. Мы?

Не важно, что после моего выпуска Аспен останется учиться еще год. Теперь у меня только два варианта. Поддаться чувствам и принять их или отступить и сделать вид, что этого поцелуя не было, будто не я был его инициатором.

Выбрав первый вариант, я ослабляю хватку на ее затылке, но Аспен не отстраняется, а прикусывает зубами мою нижнюю губу и слегка тянет ее на себя. Небольшая боль удваивает мое желание овладеть ею прямо сейчас, но затем она откидывается на спинку стула и краснеет.

– Мы вместе, – говорю я ей… и остальным сидящим за столом.

– Эм, не думаю, – хмурится Аспен.

– А тебе и не нужно об этом думать.

Через час у меня тренировка, а сейчас мой желудок урчит и я чертовски голоден. Поэтому я принимаюсь за еду, игнорируя взгляды окружающих, в том числе и Аспен.

– А когда ты говоришь «вместе», – спрашивает Уиллоу, – ты имеешь в виду…

– Я имею в виду все, что, черт возьми, ни подразумевалось бы под этим словом, – выдавливаю я из себя и возвращаюсь к еде.

Нокс прав. Обычно я помалкиваю, потому что не люблю привлекать к себе внимание. Но когда рядом Аспен, я, кажется, не могу сдержаться.

– Эксклюзив. Она занята, так же как и я, так что можешь проваливать, Кинг.

– И пропустить такое шоу? – фыркает Чейз. – Ни за что.

– Стил…

Вероятно, мое лицо выглядит довольно угрюмым, потому что я чувствую, что вот-вот сорвусь. А это совсем не то, что мне нужно делать. Наоборот, мне следует приберечь свой гнев для тренировки или, что еще лучше, для игры.

– Приходи на тренировку, – говорю я, и на ее лице появляется замешательство.

– Что? Зачем?