Слева от меня располагалась маленькая, официально выглядящая гостиная, справа — столовая и коридор, который, скорее всего, вел к единственной спальне и ванной в доме. Сара повела меня вправо, и я увидела наполовину открытую дверь, ведущую в кухню-столовую.

— Садись, — сказала она мне, указывая на белые табуреты в стиле кантри перед кухонным островком. — Я сделаю тебе чай.

— Кофе, если у вас есть, — ответила, и она очень снисходительно посмотрела.

— Кофеин не полезен подросткам, Бернадетт. Ты еще не перестала расти.

Я лишь уставилась на нее.

— Ах, — начала я, пытаясь понять, как бы объясниться, не звуча при этом, как яростная сучка. — Однажды меня заперли в темном шкафу на неделю с ведром, водой в бутылках и злаковыми батончиками. Не думаю, что меня сильно волнует влияние кофеина на мой растущий мозг.

Сара лишь смотрела на меня в ответ, и между нами возникла пропасть, которая показала, как же тяжело мне будет установить с ней связь. Она любила вдохновляющие вещи и думала, что кофе вредно растущим детям, а я подстрелила Билли Картер в плечо во время налета в понедельник.

Хмм.

— Это то, о чем ты хочешь поговорить? — спросила Сара, отбросив все разговоры о кофе и без лишних слов поставив кофейник.

Я заметила, что она покупает зерна из «Старбакса», и нахмурилась еще сильнее. Бросьте. Кофе в Южном Прескотте — это нечто новое. Ни одна кофейня, которой владеют корпорации, не могла составить конкуренцию.

— Не совсем, — ответила я, пытаясь минимизировать свою ложь. Взгляд блуждал по маленькой милой кухне под влиянием Джоанны Гейнс[19] и перешел к наружной двери, ведущей на небольшую палубу. В виду того, что деревьев не было, все, что я могла видеть, — соседние дома, все они были в пастельных тонах. Я повернулась к Саре, язык так и чесался спросить, почему она всюду следует за нами. Не знаю, должна ли была знать о ее нахождении, и все равно я так просто не сдамся. — В основном надеялась, что у вас есть какие-то хорошие новости про Тинга?

— Тинга? — повторила Сара, наливая каждой по чашке заваренного кофе.

На моей чашке была надпись «Хорошие вещи происходят с теми, кто ждет». Я посмотрела на нее вместо того, чтобы ответить Саре, чувствуя себя некомфортно в этом отвратительном желтом платье, которое Оскар заставил надеть. На его лице отразился полный триумф, когда он протянул его, и мне захотелось его придушить. Или пусть он правда придушит тебя, извращенка.

Я сделала глоток черного кофе, и Сара встала как вкопанная, застыв с баночкой карамельных сливок над своей кружкой.

— Ты пьешь его черным? — спросила она, явно удивленная.

— Вы пьете его, наполненным химическим сахарным сиропом? — я возразила в ответ, и она опустила баночку.

— Что означает «Тинг», Бернадетт? — спросила она, и я заметила, что как аккуратно было произнесено мое имя, видимо, после того как я поправила Константина за то, что назвал меня Берни.

— Простите, Найл, — исправилась я, делая еще один глоток кофе. — По-моему, он не засуживает имени. Но опять-таки, уверена у вас другое мнение о нем.

На этот раз была очередь Сары смотреть в ответ, словно она пыталась проверить меня на прочность.

— Твой отчим…сложный человек, — сказала она, словно подбирала выражения, чтобы быть как можно более аккуратной. Сара опустила на стол свою кружку — она была покрыта блестящими бабочками, фу — и тяжело вздохнула. — Слушай, Бернадетт, я хочу кое-что тебе рассказать, предполагаю, ты достаточно взрослая, чтобы справиться с этим.

О, начинается. Она пыталась играть со мной в сурового спасителя. Это более чем раздражало. Конечно, Сара Янг достаточно мила, но она не понимала меня и что-либо другое в моей жизни.

— Удивите меня, — сказала я, губы дрогнули, когда вспомнила, как слушала Пэт Бенатар с Хаэлем в Феррари. От этих воспоминаний мне становится жарко и потно, а я на самом деле не хочу сейчас разбираться с мокрыми трусиками. Надо отпить кофе. — Дайте угадаю: вы тоже с ним трахались?

Сара пошатнулась назад, словно ее ударили в живот.

— Он женат на твоей матери, — прошипела девушка, очевидно разъяренная. По выражению ее лица было понятно, что дело не в том, что она не верит будто Найл мог изменять, а просто в том, что она сама никогда не стала бы спать с женатым парнем. Я пожала плечами, и Сара резко выдохнула. Я испытывала ее терпение. — Дорогая, он сказал мне, что, если с ним что-то случится, это будет из-за тебя.

И тогда я замерла, крепко сжимая кружку с кофе между своими руками. Сейчас ногти были покрашены в матовый черный и подпилены в квадратную форму. Их мне в пятницу сделала одна из девочек Стейси, до того, как я…встретилась с Кэлом в студии. До того, как трахнул меня на старых полах склада своим стройным телом шикарного танцора, его мышцы были потными под моими руками, а шрамы — грубые, но интригующие.

Господи.

Я не очень хорошо следую этому правилу «Не намочи трусики».