— Так что, блять, мы должны делать теперь? — спросил Хаэль, направляясь к предложенному бару и просматривая ассортимент виски, пока не нашел тот, что стоил больше всего.

Он не потрудился взять бокал, взяв бутылку за горлышко и сделал большой глоток.

— Во-первых, я зачитаю основные черты характера персонажей для всех в этой комнате. Затем мы общаемся и разговариваем, пытаясь понять, кто убийца, — Тринити села в одно из кожаных кресел с бокалом вина в руке. Думаю, сегодня ей исполняется восемнадцать. — Когда мы закончим, вы найдет костюмы в гостевой спальне на первом этаже. Всего лишь простой реквизит и все такое, но постарайтесь повеселиться.

Многие гости вечеринки не обращали внимание на Тринити, когда она зачитывала вслух маленькому кругу вокруг нее информацию о персонажах, оставив остальных из нас заниматься своими делами.

— Господи, это, блять, нелепо, — пробормотал Виктор, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня, с натянутой ухмылкой на его извращенном рту. — Кем ты должна быть?

— Марлен, французской служанкой, — сказала я, и Хаэль чуть не подавился виски, убирая бутылку подальше от своих губ и взглянув на меня с совершенно другим выражением лица. Он выглядел гораздо счастливее, чем несколько минут назад. — Тринити сказала что-то про костюмы?

— Нет, никаких костюмов, — сказал Аарон, глядя на Джеймса. Парень не стоял близко к нам и больше не смотрел на меня. Но из-за взгляда, которым смотрел на него Аарон, я почувствовала, что он ощущал некое первобытное соревнование. Его золотисто-зеленые глаза вернулись ко мне. — Этот парень Джеймс полон дерьма. Он наблюдает за тобой, Берни.

— Может быть это и хорошо, — сказал Оскар, когда Каллум повернулся к нему с выражением лица, которое, скорее всего, отражало мое. Оно буквально говорило, чувак, какого хрена?. — Иди и поговори с ним, под предлогом игры. Посмотрим, какую информацию ты сможешь выудить. Мы не зря подверглись нападению банды на школьной вечеринке. И нас не оставили в покое, потому что Максвелл ленив. Очевидно, Офелия должна принять меры из-за присутствия «Банды грандиозных убийств». Кали тоже не казалась удивленной, когда увидела их.

— Должна ли я показать свои сиськи, пока делаю это? — резко ответила я, и Оскар натянуто улыбнулся.

— Лишним не будет.

— Ты — чертов ублюдок, — огрызнулась я в ответ, ожидая, когда Виктор положит конец этому дерьму.

Он этого не сделал. Он продолжал смотреть на Тринити, словно если будет пялиться достаточно сильно, то сможет раскусить ее. Я так сильно ревновала, что было трудно дышать, но еще я была слишком горделива, чтобы сказать хоть слово.

— Я не хочу, чтобы ты говорила с ним, — сказал Аарон, его голос был твердым. — Вообще. Какая с этого выгода? Бернадетт не наша шлюха. Мы здесь не для того, чтобы использовать ее против слабых мужчин.

— Спасибо, — сказала я ему, чувствуя ком в груди, когда он смотрел на меня. Такое ощущение, что не важно сколько времени мы проверили вместе, этого будет недостаточно. Это никогда не будет достаточно, но, полагаю, в этом и суть, не так ли? Когда ты влюблен в кого-то. Интересно, хотел бы он, чтобы я снова приковала его наручниками? Если он все еще страдал от того, что случилось с Кали, то не подавал виду. Я не могла понять: это потому, что в порядке, или он просто обманывает себя и меня. — Эта игра звучит глупой. Я все равно не убийца, так зачем играть? Но если это каким-то образом поможет Хавок, я, по крайней мере, могу поговорить с парнем.

— Блять, ради всего святого, выпей сначала немного виски, — сказал Хаэль, предлагая бутылку, а затем в последнюю схватил меня за запястье.

Я едва ли успела вдохнуть, когда он прижал меня к стене своим твердым телом, его таз прижимался ко мне. Одной рукой он удерживал в своих пальцах мое запястье. Другой он взял меня за талию. Когда его губы коснулись моей шеи, я вжалась в стену, прекрасно понимая, что все смотрели на нас.

Некоторые удивлялась, какого хрена я целовала Хаэля Харбина, когда должна быть с Виком. Остальные желали мне смерти, чтобы занять мое место.

А затем был Джеймс Баррассо.

Он смотрел на меня, словно хотел занять место Хаэля.

— Этот сукин сын снова смотрит, — сказал Аарон, когда Хаэль прокладывал дорожку из поцелуев вниз по моей шее, оставляя за собой огненный след. Я могла лишь держать глаза открытыми, мои пальцы сжались на его плечах. Влажный жар образовался между моими бедрами, заставляя меня задуматься, на самом ли деле в комнате был костюм горничной и стоит ли мне надеть его.