— Сара – VGTF, — выболтала я, потому что испытывала проблемы с хранением информации. Я должна была сказать кому-то. Хаэль встретился со мной взглядом, а потом кивнул, словно его это не волновало. Никто из них не волновался, от слова совсем. Что ж, это не правда, не так ли? Они беспокоятся, просто усердно стараются это скрыть. — И она знает, где находится участок Тома. Она следовала за Найлом.

— Какого хрена? — спросил Хаэль, словно не мог представить, как, черт подери, такое могло случиться. Его лицо помрачнело, когда он пришел к тому же выводу, что и я. — Иви, — сказал он, и я кивнула. — Черт, той ночью мы были в спешке. Если он поджидал неподалеку от квартала или что-то вроде, он мог сесть нам на хвост.

Мы стояли в темной зоне, так что тут определенно не было камер — а даже если и были, то они записывали дерьмовую картинку, но не звук — но я не спускала глаз с Сары или Константина. Я бы не стала исключать, что они прибегнут к чему-то столь элементарному, как подслушивание.

— И ты сначала пришла ко мне? — спросил Хаэль, выглядя довольным от этой мысли. Я одарила его взглядом. — Что? Я просто рад, Блэкберд, — ухмыльнулся он, но я поняла, что он тоже беспокоился. В его улыбке был легкий изгиб, как в витражном окне с одним разбитым стеклом. — Ладно, ладно, мы сможем с этим разобраться. Послушай, скоро обед. Поедим и разберемся вместе.

Я кивнула, но чувствовала себя неспокойно, словно только начала видеть, как кусочки этого пазла соединялись в одно целое. Как только я получу полную созданную картину, то она может мне не понравиться.

— Это плохие новости, — согласился Вик, когда остальные нашли меня и Хаэля в столовой, поедавшими пиццу папперони и сидящими друг напротив друга. Я хотела уйти из кампуса вместе, но подумала, что это навредит больше, чем поможет, когда дело касается Сары Янг. Виктор потер свой подбородок и затем обменялся взглядами с Оскаром. — Возможно, мы захотим продвинуться дальше с Памелой, — сказал он, и Оскар кивнул, но лишь едва.

— Как одно связано с другим? — огрызнулась я, чувствуя, как моя кожа горела и напряглась от разочарования.

Я посмотрела прямо на Вика, но он лишь слегка покачал головой, предупреждая меня замять тему.

— Стейси здесь, — объяснил он, и я замолчала, чтобы оглянуться через плечо.

Стейси Лэнгфорд может быть единственным человеком в школе достаточно храбрым, чтобы подойти к нашему столику во время обеда и вообще сесть. Она заняла место рядом со мной и сложила свои руки поверх стола. Ее светлые волосы собраны в беспорядочный пучок на макушке, обувь — дизайнерская. Ее обувь тоже украденная. Вообще, весь ее наряд кричал о краже.

Я поместила трубочку от своего шоколадного молока между губами, гадая, нравится ли Стейси моя помада. У меня огромная коллекция, большая часть которой краденная, как и ее наряд. Оно выглядит лучше, когда краденное. В этом цвете есть нечто особенное, что невозможно получить на фабрике, что-то, что не поддается химии. Это опасность быть пойманным, это удовольствие от того, что трахаешь управление.

— Ты избегала нас три гребанные недели, — промурылкал Оскар, но не в приятном смысле.

Нет, он звучал, как кот, который был воодушевлен идеей убить мышку. Стейси не упустила опасные нотки в его голосе, посмотрев на него. Ее голубые глаза было бесконечными, каким кажется заледенелое озеро, когда стоишь на его скользкой поверхности и смотришь вниз.

— Да, простите за это, — угрожала она, слабо улыбаясь.

Это быстро сменилось нахмуренностью, когда она обернулась и согнула пальцы вокруг испачканного граффити пластика. Некоторые из здешних столов были из дерева и занозы настолько сильны, что сидеть в за ними могли только представители низших слоев общества Прескотт. Все торчки и зависимые собирались вокруг деревянных столов, обмениваясь дерьмом и наркотиками. Ну, это то, что они обычно делали. Коп кампуса смотрел на это сквозь пальцы, получая долю от каждой продажи.

Но сегодня у нас были «реальные» комы внутри, копы вроде Сары Янг.

Я определенно недооценила ее. Я поступила с ней так, как все поступали со мной. Я увидела милую, маленькую блондинку с мягким лицом и глазами лани, кофейные кружки с вдохновляющими надписями и несколько тщательно выбранных вещей из Pottery Barn30 на ее кухне, и я сделала поспешные выводы.

— Такова твоя сделка, — сказал Вик, полагаю, скорее себе, чем Стейси. Он ненавидел то, что я провела все выходные с Хаэлем. Знаю, что ненавидел. Но он будет самым последним человеком на Земле, который признается в этом. Упрямый ублюдок. Внезапно мне стало жарко и я сняла толстовку, швырнув ее на стол в виде черного комка. — Ты нас позвала. Ты имеешь право отказаться, пока не приняла нашу цену. Что ты хочешь, чтобы мы сделали, Лэнгфорд?