— Разговор окончен, — прошипела Памела на свою старшую дочь. Когда она схватила Пен за руку и встряхнула ее, я почувствовала то ужасное, беспокойное ощущение. — Тебе не нужен чертов замок. Только если ты не приглашаешь сюда парней, чтобы трахаться? Вот зачем он тебе нужен?

— Мне нужен замок, чтобы не пускать их, — прошептала она, но тогда я не особо поняла связь.

Памела отвернулась от своей дочери, словно не слышала ее. Мы обе наблюдали, как она побежала вниз по лестнице, вышла из дома и выкинула засов в мусорное ведро на краю тротуара.

Я обернулась, чтобы посмотреть на Пенелопу, но она не смотрела на меня в ответ. Я разочаровала ее.

Памела вихрем вошла обратно в дом, направляясь прямо наверх по лестнице и толкнув меня плечом. В итоге я попятилась, потеряла равновесие и упала назад. В ушах звенело, когда я ударилась головой о стену при спуске, спина кричала в агонии, когда я обнаружила, что у меня кружилась голова и я была дезориентирована у подножья лестницы.

Я упала, вот, что случилось. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы все связать.

Простонала, когда села, а Пен кричала, побежав за мной по лестнице.

Она помогла мне встать, но я никогда не смогу забыть взгляд на ее лице, тот, который говорил, что то, на что я тайно надеялась — на изменения отношения от нашей матери — никогда не произойдет. У Памелы была власть, чтобы вывести нас отсюда, подальше от ее абьюзивного мужа, из бедности. Она даже продолжала воровать кредитные карточки и обкрадывать своих богатеньких друзей. Если бы она потратила половину этих денег на дом, одежду и еду для своих детей, у нас бы получилось.

Этого никогда не случится.

Я всегда хотела исправить тот момент, когда мне следовало отстоять Пен перед мамой. После того, как Пэм ударила ее, я должна была столкнуть суку с лестницы. Я должна была убить Кали.

Что если я получу третий шанс, чтобы сделать все правильно, и тоже облажаюсь?

— Ты не в своей тарелке, — сказала Кали, улыбаясь мне, когда нависла над кроватью и смотрела на меня сверху-вниз. — Ты понятия не имеешь, во что ввязалась.

А затем она поцеловала меня, и я проснулась.

Сон повторился и в субботу, и в воскресенье, а наутро я проснулась с эмоциональным похмельем.

Блять, страстно ненавижу утренние кошмары понедельника.

Серьезной, блять, страстью.

В понедельник Сара Янг удивила меня картой, ведущей прямо к собственности Тома в лесу. Я так чертовски устала, что едва держала глаза открытыми, когда подняла голову, чтобы увидеть, что она только что разложила на столе. Как только поняла, кровь отхлынула от моего лица и комната закружилась.

Внешне я оставалась насколько могла равнодушной.

— Что это? — спросила я, зевая и опуская рукава толстовки на руки, чтобы Сара не заметила, как они дрожали.

Я почти не спала три ночи. И не из-за секса с Хаэлем. А потому, что продолжала видеть сон про Памелу и Пенелопу, который заканчивался тем же сном с насмешливыми замечаниями от Кали. И чем больше я видела их во сне, тем хуже мне становилось внутри.

— Об этом я и пришла спросить тебя. Это карта, которую Найл оставил в одном из карманов своего пиджака. Мы нашли ее, когда обыскивали его шкафчик в участке, — Сара оставила карту на месте, это была плохая фотокопия на салфетке с поспешными каракулями на ней.

Откуда Найл мог знать об этом месте? подумала я, мысли разбегаются, а тело откинулось в кресле, притворяясь скучающим.

Все выходные я объезжала член Хаэля в слишком высоких каблуках. Сегодня я сидела здесь, гадая, как, блять, Тинг нашел тайное место Хавок. И что Сара Янг будет с этим делать.

— Я пошла туда по карте, красивая собственность. Кажется, она принадлежит Тому Мюллеру. Это имя тебе знакомо? — спросила Сара, и мы оба знали, что она уже знала ответ на этот вопрос.

— Парень матери Виктора, — сказала я, небрежно пожав плечами. — К чему вы клоните?

Готова поспорить к ночи, когда Найл убил Иви. Он последовал туда за мальчиками. Я подавила желание прикусить ноготь на большом пальце. Это не поможет. Я лишь повсюду размажу свою помаду. На мне уже помятая толстовка, мои светлые с красным волосы распущены и кудрями падали мне на плечи. Не знаю, как Кэл или Оскар упустили это из виду, но какое тут еще может быть объяснение?

— Я обошла участок, но он размеров в несколько сотен акров, — выдохнула Сара и сложила руки на поверхности стола. — Буду с тобой честна, Бернадетт.