Полные губы приоткрываются, и я вся внимание, жду, что он заговорит. Скажет что-то, что совсем прогонит это тяжелое чувство страха. Пусть жизнь и научила меня, что возлагать хоть какую-то надежду на такого парня, как Уэст, — это риск.

Его грудь вздымается, дыхание снова учащается, а взгляд зеленых глаз опускается к моим губам. Прикосновения заставляют меня так много почувствовать. Например, то, что я поклялась отрицать до самой смерти. Но тут я кое-что замечаю. Незначительную вещь, однако она от меня не ускользает. Уэст быстро пробегается глазами по моему лицу, будто оценивает, а потом его хватка ослабевает.

И вот он снова становится кем-то другим.

От подобной перемены у меня перехватывает дыхание, и я чувствую себя так, будто из-под ног выбили землю.

Какую бы ложную реальность он только что ни стер у себя из головы при помощи секса, она нахлынула на него снова, как штормовой прилив. Его слова повторяются в моих мыслях снова и снова. Что наша правда откроется через этот единственный поступок.

Может, так оно и есть. Это наше откровение.

Я отодвигаюсь в сторону, когда Уэст быстро выскальзывает из-под меня, а затем стремительно направляется в ванную. В его походке, в напряжении плеч и спины чувствуется гнев, и, наблюдая за ним, я вся сжимаюсь от горя.

У меня не возникает вопроса, допустила ли я ошибку. Нет. Лишь вопрос о масштабах долговременных последствий.

Уэст останавливается у двери ванной, но не оборачивается. На долю секунды проблеск надежды возвращается, но затем его уносят два коротких слова.

— Тебе пора.

Он исчезает, хлопнув за собой дверью. Этот звук потрясает меня до глубины души, и на мгновение я застываю, не веря своим глазам.

Он бы просто так этого не сделал. Я знаю, мы оба чокнутые, но… вот так выкинуть меня?

Но потом приходит осознание, и я понимаю, что это было. Просто секс. Ничего больше. И теперь он хочет, чтобы я ушла. Точно так же, как хотел бы, чтобы ушла любая другая.

Гордость заставляет меня подняться на ноги. Я подавляю множество эмоций, что начинают бурлить внутри. Сквозь затуманенное слезами зрение ищу свою одежду, зная, что ради собственного здравомыслия мне нельзя быть здесь, когда он вернется.

Если я собираюсь нормально существовать и дальше, то должна держаться от него как можно дальше и попытаться оценить эмоциональный ущерб. Но перед тем, как заняться этим, я корю себя. Это начинается в ту же секунду, как я выбегаю из его номера с туфлями в руках, стараясь не задыхаться. Мчусь в свой номер по эпической тропинке стыда, вожусь с ключом в двери.

Как ты могла быть такой дурой?

Ты реально этого не предвидела?

Как же ты облажалась. Такая жалкая. Шлюха. По крайней мере, с Рикки секс что-то значил. Для тебя. Для него.

Проклятье.

Я захожу в номер, свет не включаю. Если взгляну на себя в зеркало, возможно, просто рассыплюсь в прах прямо здесь. Это худший поступок, который я когда-либо совершала. И этого уже не вернуть.

Что касается сожалений, то хуже них не бывает ничего.

#ПодпишисьНаМеня

@КоролеваПандора:

Завтра день игры! Отставьте напитки в сторонку, проводите девочек и хорошенько отдохните!

ВПЕРЕД, ПАНТЕРЫ!

До скорого, птенчики!

П. Блу

Я проживаю день на автопилоте. Единственное, чего я хочу, — чтобы этот уикенд поскорее закончился. Никогда бы за миллион лет не подумала, что буду скучать по дому, но я скучаю.

Я провела все утро и весь день, пытаясь не разрыдаться, и сейчас наверняка выгляжу как катастрофа. Глаза ужасно щиплет каждый раз, как мысли возвращаются ко вчерашнему вечеру, к этому контрасту экстремальных взлетов и падений. Сказать, что я опустошена, было бы огромным преуменьшением. Мое сердце разбито. Пусть это кажется невозможным. Ведь я не отдавала его Уэсту.

Наша команда зарабатывает еще один тачдаун, и я испытываю облегчение, когда смотрю на табло. Мы впереди на несколько очков, игра почти закончилась. А что касается Уэста, то это будет его вторая победа за двадцать четыре часа. Первая случилась, когда он обманом заставил меня переспать с ним. И все это для того, чтобы потом закрыться и унизить меня.

Я идиотка.

Такая тупица.

Я отбрасываю эти мысли в сторону и просто продолжаю фотографировать. На игру приехало несколько машин с учащимися из «Сайпресс Преп», так что небольшая часть стадиона заполнена знакомыми лицами. Я стою на пару рядов позади группы поддержки, изо всех сил стараясь забыть о существовании одноклассников.

Как только игра закончится, я пойду в свой номер собирать вещи, а последним штормом, который мне придется пережить, станет утренняя поездка домой на автобусе. Если получится избежать Уэста, все будет в порядке.