Только я знаю, что это не сон. Самые ужасные события в моей жизни всегда происходили, когда я бодрствовала. И в этот раз все именно так.

«Где ты был?»

Я задала Слейду этот вопрос еще в Дэдвелле, сидя в надежном укрытии пещеры. Кажется, это было так давно. То, что я тогда ему сказала, навсегда останется для меня истиной. Я рада, что спасла себя.

Но теперь я думала, что он будет здесь.

Я думала, он придет.

Где ты?

Я сильная. Я многое пережила, пытаясь обрести силу и контроль над магией. Над своими эмоциями и мыслями. Даже стала сильнее физически благодаря регулярным тренировкам. Но ничто из этого не поможет мне вырваться из этого заточения.

На сей раз мне нужна помощь.

А у меня ее нет.

Я не знаю, где он и почему не пришел. Но если что-то и помешало, то, наверное, нечто ужасное, потому как я без тени сомнения знаю, что Слейд пошел бы на все, чтобы быть здесь. Чтобы выследить меня и спасти. И все же его здесь нет, потому я могу лишь предполагать самое худшее.

С ним что-то случилось.

Приложила ли к этому руку королева Кайла? Они что-то сделали со Слейдом? Наверняка, иначе он бы уже пришел. Да Слейд вообще бы не позволил им вывезти меня из Четвертого королевства.

Это осознание обрушивается на меня как валун, падающий в океан. Он оказывается на дне, и земля дрожит под моими ногами, а пенистая волна вздымается, затуманивая мне обзор.

– Приговор Слияния должен быть немедленно приведен в исполнение.

Я устремляю взгляд на короля.

– Вас признали виновной в преступлениях: вы убили царя Мидаса и украли не одну силу, а две.

– Я ничего не крала! – выкрикиваю я. – Сила золотого прикосновения всегда была моей!

Никто мне не верит. Никто меня даже не слышит. Я шарю взглядом по другим монархам, но они смотрят на меня так, словно я пиявка, которую им нужно сжечь; словно они не хотят даже близко стоять ко мне, боясь, что я и у них украду магию. Зеваки на площади тоже не питают ко мне никакой симпатии, на их лицах застыла неприкрытая ненависть.

Для них я всего лишь лживая воровка и убийца, которая заслуживает такого приговора.

– Пожалуйста!

Я снова сжимаю прутья, влажные от золота, которое не затвердевает. Лужа у моих ног становится намного глубже, доходит почти до середины голеней. На ее глубине крадутся черные жидкие корни, заостренные концы которых тянутся во все стороны, будто пытаясь вырваться из ограждения.

Я не могу выбраться.

Не могу контролировать свою магию.

На спине нет лент.

А он не придет.

Сквозь дымку в сознании прорывается мой беззвучный всхлип, возвращая меня в в реальность. Без заглушающего мысленного щита я увязаю в хаосе собственного порицания.

Теперь стоят все правители, а мою ограду окружает стража. Я даже не заметила их приближения. На них нет доспехов, но их форма кристально-белая, а клинки воткнуты за серые пояса.

– К оружию! – приказывает король Меревен.

Каждый стражник вытаскивает меч. Всего их шестеро – трое стоят напротив меня, а трое сзади.

Какая жестокая ирония, что их шестеро.

– Пожалуйста! – снова кричу я, но никто не обращает внимания на мою мольбу.

Сердце стучит так, словно пытается пробить брешь в груди и вырваться на свободу, но ни одна моя частичка не сможет покинуть ограду.

Неужели все происходит по-настоящему? После всего, что я пережила? После всего, черт возьми, таким будет мой исход? Меня приговорят к смерти из-за Мидаса?

Жестокая ирония заключается еще в том, что меня казнят, поскольку считают, я украла у него силу золота.

– Поднять!

Стражники поднимают мечи. Сквозь прутья проходят все шесть клинков, и их острые кончики направлены на меня.

Ограда настолько тесная, что стоит им воткнуть сюда эти лезвия, как они вонзятся в меня со всех сторон. Мне некуда деться.

Выхода нет.

По лицу текут слезы, тщетные капли, которые едва ли выдают охвативший меня ужас.

Я кручусь, пытаясь толкнуть зарешеченную дверь, но она не поддается.

– Пожалуйста!

Приложив столько усилий, чтобы обрести свободу, я все равно умру за решеткой, запертая в клетке, из которой не выбраться. Вот насколько жестока жизнь.

Я почти чувствую, как за плечом у меня смеется Мидас.

Я погружаюсь в себя, пытаясь вытащить своего фейского зверя, пытаясь пробиться через руны, раздвинуть столбы, что меня окружают.

Не выходит.

Мой зверь свернулся калачиком, а его перья от усталости выцвели. Золото ничем не может мне помочь, только вытекает из моей кожи. Сооружение, что меня окружает, будто сжимается.

Я в ловушке.

Король Меревен встречается со мной взглядом поверх голов стражников.

– Леди Аурен, теперь я приговариваю вас к смерти.

Лезвия сближаются.

А я закрываю глаза.

Первые уколы мечей ощущаются, будто кончик пальца протыкает швейная игра. Остро. Легонько.