Слейд опускает руку на мой клитор, но вместо того, чтобы провести по нему пальцем, он легонько по нему шлепает. Этот шлепок отзывается во мне, а от резкой боли я будто оказываюсь в ванне, полной воды, которая приглушает мои ощущения и приятно обволакивает. А потом Слейд ласкает клитор, превратив эту боль в удовольствие, и он рычит только один приказ:

– Кончай.

Оргазм пронизывает меня насквозь, разрывая на части.

Я кончаю, и кончаю, и кончаю, а он продолжает ласкать меня и трахать.

Когда удовольствие достигает пика и начинает стихать, Слейд окунает меня в еще одну волну страсти, словно теперь бросает не в ванну, а в реку, и ее опасно быстрое течение уносит меня прочь до того, как я успеваю понять, что вообще происходит.

И когда я снова кончаю, не успев оправиться от последствий, он продолжает.

Он продолжает, и я не уверена, умру ли я, потеряю сознание или просто утону в удовольствии.

Но как же приятно чувствовать, что тебя сносит водоворотом наслаждения.

– Хорошая девочка, – говорит Слейд, и удовольствие становится еще сильнее. – Ты такая восхитительно сексуальная.

Меня охватывает дрожь. Кажется, я даже плачу. Я так взвинчена, так возбуждена и чувствительна, что мотаю головой и умоляю, умоляю.

Но прошу о большем, одновременно с этим умоляя его прекратить безумную эйфорию.

– Тебе нравится, да, детка?

Я даже сказать ничего не могу, потому что у меня вырываются только вялые стоны.

Слейд касается губами моей шеи и облизывает линию челюсти, а потом захватывает мои губы в поцелуе.

– Ты чертовски великолепна. Возбуждаешься еще сильнее, когда я тебя трахаю. – И это правда. Я слышу, какой становлюсь влажной по звукам, с которыми соприкасается наша кожа, когда он входит в меня. – Я хочу, чтобы ты сжала меня своим сладким лоном, Аурен, – вкрадчиво произносит Слейд. – Сожми мой член и заставь кончить вместе с тобой.

Я неразборчиво бормочу мольбу, но, конечно, не могу снова это сделать.

– Еще раз. Подари мне еще один раз, потому что ты моя чертовски идеальная женщина, которой нравится то, как сильно я трахаю. Тебе нравится дразнить меня, сжимать мои яйца, слизывать смазку с моего члена. Да, Золотая пташка? – Я схожу с ума от безумной потребности, от блаженного изнеможения, от пика, который, кажется, никогда не кончится. – Так дай мне. Еще. Один. Раз.

Мое тело охотно подчиняется его требованию. Я чувствую, как выгибается моя спина, как дрожит мое тело. И тогда даю ему еще один клятый оргазм.

Меня пронзает упоительная мука, и я не понимаю, как у меня хватает дыхания, чтобы выкрикнуть его имя, но я кричу. Я сжимаю мышцами его член, и Слейд входит в меня глубже, вгоняя горячее семя.

И мое тело просто рассыпается на части. Разум полностью затуманен блаженством. Потрясенно вздохнув, я опускаюсь на кровать в таком изнурительном восторге, что в глазах темнеет, а веки непроизвольно закрываются. Потому что второй оргазм уничтожил меня самым лучшим из возможных способов.

Последнее, что я помню, – теплую ткань, которой вытирают мои липкие бедра, и нежное прикосновение, когда убирают волосы от моего лица. Меня легонько сдвигают на кровати, подложив под голову подушку, накрывают одеялом и нежно целуют в лоб.

А потом я проваливаюсь в сон.

Аурен

Я просыпаюсь, с трудом открыв глаза, будто их склеило. В теле ощущается истома, словно так хорошо я еще не высыпалась.

И тогда я вспоминаю причину.

Оргазмы.

Оргазмы и то, с какой силой брал меня всесильный король Ревингер.

Я пришла, чтобы поговорить с ним о Ману, спросить о том, насколько серьезная угроза нависла над его королевством. Узнать о Слиянии, действительно ли они выносят мягкие наказания или Ману пускал пыль в глаза, чтобы затушить огонь.

Но вместо разговора Слейд меня соблазнил.

Каков подонок.

Окинув взглядом пустую комнату, я откидываю одеяло и, вскочив с кровати, иду в гардеробную. Кажется, я уснула всего на несколько минут, поэтому мне нужно спуститься на ужин к Ману, – вот только я, безусловно, не могу надеть это платье. Нет… ведь на нем остались пятна, которые уже подсохли и застыли.

Я срываю с себя красивую ткань рубинового цвета, радуясь, что Слейд не пускает в свою комнату служанок, потому что я бы ни за что не позволила кому-нибудь оттирать эти пятна. Позднее сама этим займусь.

Я натягиваю пару черных чулок и рубашку. Надо было надеть брюки раньше. Тогда, возможно, я бы не позволила себя соблазнить и не отвлеклась.

Глупая.

Просто… этот мужчина.

Он всего лишь ухмыляется, смеется, шевелит магическими линиями на покрытом щетиной подбородке, говорит непристойные словечки, а я млею. Каждый раз.

А еще его член. Он у него тоже хорош.

Окинув взглядом гардеробную, я взываю к золоту, которым украсила колонны в его спальне, и оно тут же приливает ко мне из другой комнаты. Как только оно оказывается рядом, я направляю его, похлопав ладонью по любимой кожаной куртке Слейда. Золото мгновенно обволакивает ткань, и она становится блестящей и броской.

От этого зрелища мне сразу же становится лучше.