– Если не доставишь мне оргазм, я сама это сделаю.

– Нет, – покачав головой, говорит он. – Не выйдет. Пока я нахожусь в этой комнате, только я и буду доставлять тебе удовольствие. Только я решаю, когда ты кончишь.

Я слегка приподнимаю голову.

– Тогда сделай это, – бросаю я вызов.

Если бы тело могло за меня говорить, то это прозвучало бы как мольба.

Он бросает на меня мрачный взгляд и окидывает взором мой растрепанный вид.

– Держи руки над головой. Не двигай ими.

Я с трудом сглатываю и киваю, а он отпускает мои запястья.

Слейд встает надо мной и ведет пальцем вниз, не отрывая взгляда.

– Только взгляни на это, – шепчет он, коснувшись другой рукой влажного пятна на моем животе. – От тебя мой член стал совсем мокрым. Как же он хочет тебя.

Я побуждаю его к действиям, вскинув бедра.

Он сжимает член в кулаке, пару раз неспешно проведя по нему рукой, и это движение кажется таким сексуальным, что ниже пояса у меня все пылает.

– Ммм, может, мне стоит просто заставить тебя смотреть. Я мог бы пролить оставшуюся сперму на твое красивое платье. Смотреть, как ты извиваешься и хныкаешь, пока я держу член, который ты так сильно хочешь.

У меня перехватывает дыхание.

– Нет, – говорю я и качаю головой.

Комнату освещают канделябры, но в ней все равно царит полумрак, а Слейд возвышается надо мной. Он поглаживает свой член, и я чувствую себя еще более развратной, будто темнота – надежный хранитель всего похотливого и порочного.

Слейд продолжает двигать рукой.

– Ты даже не представляешь, на что меня подстегнула, позволив запачкать свое красивое платье, – говорит он, замедляя движения. Словно он не истязает меня этим эротическим поддразниванием. – У меня возникло желание вонзить зубы тебе в шею и оставить след на твоей коже. Мне хочется раздеть тебя догола, хочется, чтобы ты открыла рот, высунула язык, и я кончил на твою грудь, киску, лицо. Мне хочется размазать сперму по твоей груди, провести членом по пухлым губам, смотреть, как ты глотаешь ее, пока я размазываю ее по твоему изнывающему лону.

От приятного возбуждения я округляю глаза, чувствуя, как бешено забилось сердце.

– Великие боги…

– Я бы так покрыл тебя своим семенем, что почувствовал бы свой запах, – рычит он, словно уже вожделеет этой идеи, уже хочет воплотить ее в жизнь.

Я почти хочу позволить ему.

Затем Слейд без предупреждения наклоняется и задирает юбку, обнажив мое тело. В следующее мгновение он срывает с меня мокрые трусики и оказывается на коленях, уткнувшись лицом в мое лоно.

Когда он проходится языком по нежной коже, настойчиво облизывая меня так, словно я его любимое лакомство, тело начинает неудержимо дрожать.

– Ммм, вся эта сладость только для меня.

Его голос грохочет надо мной, посылая дрожь, которая распаляет меня так, словно я голодный зверь, отчаянно стремящийся насытиться.

Слейд вонзает в меня язык, начиная трахать им, а я хнычу и извиваюсь, пытаясь приподнять бедра, чтобы заставить его обратить внимание на мой пульсирующий комочек нервов, но он снова прижимает меня к постели задранной юбкой.

– Слейд, – кричу я. – Оближи мой клитор.

Он отрывается, сидя между моими ногами и смотря на меня с влажным подбородком.

– Черт возьми, моя шаловливая девчонка хочет, чтобы ей полизали клитор?

– Да! Заставь меня кончить! – Я почти рыдаю от желания, извиваясь и дико дергаясь из стороны в сторону, пытаясь высвободиться из его хватки и вместе с тем наслаждаясь, как он контролирует меня, ограничив движения.

– Хм, мне нравится, когда ты извиваешься от желания.

Он снова опускается и обхватывает ртом мой набухший клитор, посасывая его и покусывая, пылко облизывая меня, по моему телу проходит молниеносная дрожь.

Я опускаю руки на его голову, запустив пальцы в густые волосы. Дергаю и тяну за них, передвинув его туда, где нуждаюсь в нем сильнее всего. Хочу, чтобы он продолжал жадно ласкать мой клитор, потому что я скоро…

Он обхватывает мои запястья руками и отводит их, а потом и отстраняется сам.

У меня вырывается самый постыдный вопль:

– Нет, я была так близка, ублюдок!

Он прижимает мои руки к кровати.

– Я же говорил тебе не двигать руками, – говорит он с порочным укором. – Очень неприлично не подчиняться правилам.

Кажется, будто пульсирует все мое тело вплоть до того комочка нервов, который до сих пор не получил того, чего я так хочу. Слейд подводит меня к вершине, а потом бросает на самом краю. Чувствую, что от одного-единственного движения его языка я могла бы зайти за край.

– Ты должен закончить начатое, – умоляю я. Потому что слишком взвинчена. Слишком желаю поскорее прочувствовать то удовольствие. И в этом виноват Слейд, а теперь мне кажется, что если я не получу разрядку, то останусь опустошенной и лишенной.