Дигби словно знал, что нужен мне рядом, словно знал, что мне постоянно видится этот клинок, кровь, та грань между жизнью и смертью. Он знал и каждую ночь приходил меня защищать, даже если всего лишь от мнимых снов.

Нелепо, но когда он исчезает из поля зрения, по спине словно ведут острым когтем, и мои ленты в отвращении сжимаются.

– Не волнуйтесь, – снова говорит мне Сэйл, видно, поняв, о чем я думаю. – Они скоро вернутся.

– А если с горы сойдет лавина?

Сэйл ведет меня вниз по холму.

– Такая ерунда вроде лавины его не остановит. Он очень упрямый. – Он улыбается мне. – Слишком хорош для солдата.

– Да? Тогда ему, наверное, жутко претит быть нянькой, – невесело хохотнув, отвечаю я, пытаясь притворяться, чтобы подавить беспокойство.

Сэйл качает головой:

– Слышал, он сам об этом попросил.

Я быстро смотрю на него:

– Правда?

– Правда.

На холодных губах медленно расплывается улыбка. Так и знала, что нравлюсь Дигби.

– Все равно уговорю его сыграть со мной в пьяную игру.

Сэйл смеется:

– Тяжелая работенка вам предстоит. Ни разу не видел его расслабленным или размякшим. Но если кому-то такое и по силам, то только вам.

– Ты узнала, почему мы остановились?

Я перевожу взгляд на Риссу и остальных наложников, которые вышли из карет и стоят кружком на снегу.

– Разведчик пропал. Отправились на его поиски.

На ее красивом лице появляется гримаса беспокойства:

– Мы тут заночуем?

Сэйл качает головой, положив руку на рукоять меча:

– Нет, как только они вернутся, нам нужно продолжить путь. – Он поворачивается ко мне: – Вы дрожите, как лист на ветру. Давайте я отведу вас в карету.

Я не спорю с Сэйлом, и он ведет меня мимо наложников. Как только мы подходим к моей карете, раздается раскат грома. Я смотрю в небо и стону.

– Еще одна буря? – Меня нисколечко не прельщает идея вновь застрять под пронизывающим ветром или ледяным дождем.

Сэйл хмурится, но смотрит не в небо. Взгляд его устремлен на гору впереди нас.

– Сомневаюсь, что это гром.

– Эй, а это что? – спрашивает стоящая за нами наложница и показывает пальцем.

Все бросают свои кареты и стекаются в одной точке, огибая подножие холма и разглядывая долину. Мы с Сэйлом подходим к ним и смотрим на равнину, но я замечаю, как вдалеке светится что-то вроде маяка.

– Это… огонь? – спрашивает Полли.

Вдалеке мерцает теплый свет, его оранжевое сияние выделяется в темноте ночи, как пятно на стекле.

– Может, это фонарь разведчика? – кто-то выдвигает идею.

– Нет, – покачав головой, говорит Сэйл. – С такого расстояния… для фонаря слишком большое свечение.

Но как только он это произносит, пылающий огонь распадается на десятки маленьких огоньков. Языки пламени распространяются, переплетаясь и смещаясь, пока не выстраиваются по снежной равнине в линию. Они расходятся, и приходится смотреть то влево, то вправо, чтобы всех их разглядеть.

– Боги, что за чертовщина… – и смолкаю.

И тут вновь раздается этот шум. Вдалеке слышен раскат грома. Звук низкий, едва слышный. Он скорее ощущается. Только исходит он не от облаков.

У подножия горы за этим рядом из странных огоньков перемещается снег. Падает. Как дым, поднимается белый шлейф, на мгновение заслоняя световые шары, а снег в основании горы начинает движение.

– О Боги, это лавина! – пронзительно кричит одна женщина. Еще пара криков вырывается у охваченных паникой людей, и некоторые разворачиваются, готовые спасаться бегством.

Но я зачарованно смотрю, как тени, которые я ошибочно приняла за подножие горы, расходятся. Расходятся и начинают следовать за огоньками. И эти темные фигуры, эти огни движутся очень быстро, прямо в нашу сторону. В воздухе снова раздается шум, и я напрягаюсь всем телом.

– Это не лавина, – шепчет рядом со мной Сэйл.

Страх сгущается, как сдавливающий туман, завладевает моим дыханием.

– Пресвятые Боги, вашу мать! – чертыхается стражник. – Снежные пираты!

Один взгляд. Один вдох. Одна-единственная секунда, чтобы взвесить эти слова. И потом начинается хаос.

Не успеваю я осознать последствия происходящего, как Сэйл хватает меня за руку и тащит прочь. Я увязаю в густом снегу, но он не отпускает. Не дает мне мешкать. Лицо у него бледное и встревоженное. Очень-очень встревоженное.

– Быстрее!

Сэйл бежит к каретам и тащит меня за собой. Я пытаюсь не отставать, ноги по щиколотку увязают в снегу, а нижний край юбок намокает и становится тяжелым.

Медленно, кажется, что мы бежим слишком медленно, но я стараюсь изо всех сил.

Мужчины то тут, то там выкрикивают приказы, но у меня не получается на них сосредоточиться. Сэйл продолжает тащить меня вперед, пока остальные женщины бегут рядом с нами, крича на ходу и спотыкаясь.

Снежные пираты. На нас вот-вот нападут снежные пираты.