Я была готова поклясться Амари, что Кэт твердо решила испортить мне жизнь, насколько это только возможно. А в дни, когда здесь был Ксейден, портить с удвоенной силой. В сравнении с подобной концентрацией ненависти Слоун была милашкой, и хуже того, как будто вся стая Кэт сосредоточила свою злость на нашем отряде: пятеро из оставшихся шести летунов – за исключением Марен – винили меня в смерти Луэллы и не уставали твердить всем и каждому, что я выбрала вместо нее всадницу.
Два дня назад на летном поле в долине высокий парень с каштановыми волосами до плеч – вроде бы его звали Трегер – накинулся на Ридока, а в итоге получил кулаком от Рианнон в лицо, когда начал болтать о том, что ее пограничная деревня не пускает беженцев. Губа его до сих пор не зажила. Похоже, наша прогулка по утесам не так уж скрепила нашу дружбу, как кое-кто надеялся.
– Что она сделала этим утром? – приподняв бровь, спросила Рианнон и взглянула в сторону Кэт.
– Стучалась ко мне до рассвета, а потом разозлилась, что я взяла и открыла ей.
От одной только мысли об этом моя рука нагрелась на проводнике. На этой неделе Феликс сменял в нем сплав уже два раза, но так моя неспособность контролировать собственную силу хотя бы помогала зарядить материал для кинжалов. Так что я в каком-то смысле все же помогала нашей стороне, пусть попытка раскочегарить камень чар и провалилась. Я поморщилась и стала разминать правое плечо, надеясь унять боль, которая поселилась в нем после отказа от перевязи. Но помогло не особо.
– У нее уже фантазия кончается? – спросил Ридок, когда мы двинулись к дверям цитадели. Здесь после построения приходится расходиться в два раза дольше, чем в Басгиате, ведь дом Риорсонов строился не как учебное заведение. – Вроде не так плохо, как в субботу, когда она вывесила список летунов, убитых за годы службы Мирой.
Славный был день, и уж явно помог наладить отношения между летунами и всадниками. В коридорах тогда случилось по меньшей мере на десяток драк больше обычного.
– Когда я открыла, она была в халате из шелка Деверелли. – Я взяла рюкзак с земли и закинула на плечи, скривившись от тяжести. – Откуда я знаю, что это был именно шелк Деверелли, спрашиваете? Потому что он был вполне себе прозрачный.
– Вот дерьмо! – Сойер скривился. – Зачем она… А ты…
Рианнон, Квинн и даже Имоджен насмешливо уставились на него, пропуская в дом первокурсников.
– Ты вспомни, где она спит! – Ридок отвесил Сойеру подзатыльник.
– А! Точно. Спальня Риорсона, – медленно произнес Сойер, показательно поворачиваясь к Кэт спиной, когда она вместе со своей стаей прошла мимо. – Я и забыл. По списку ты значишься в комнате Рианнон.
Прибытие новой сотни кадетов, конечно, означало уплотнение – но технически мне было не положено спать в комнате лейтенанта. Хотя никого это не волновало, а руководство вряд ли осмелилось бы сказать что-то хозяину дома.
– Кстати, я это ценю. – Рианнон положила руку на сердце. – Позволяет нам с Тарой хоть иногда побыть только вдвоем.
– Рада помочь, – ухмыльнулась я.
– Надо отдать ей должное, – покачала головой Имоджен, со вздохом глядя на меня, потом на Кэт и ее стаю. – Она упорная.
Все головы повернулись в ее сторону.
– Эй! – Имоджен подняла руки. – Я всеми руками за Вайолет. Просто говорю, что, если бы Ксейден разорвал с тобой отношения, ты тоже боролась бы за него.
Хм. Ну, с такой точки зрения…
– Вот только не надо очеловечивать этот ходячий ужас, – возразила Рианнон. – Я шла с ней всю дорогу в гору и теперь начинаю думать, что лучше бы к нам попал Джек Барлоу, чем она.
Джек был единственным, чьему отсутствию я радовалась, каким бы милым он со мной ни был. Я ему все еще не доверяла. И никогда не смогу.
– Что, Кэт… снова Кэт? – спросил Боди, подходя к нам, в то время как остальные кадеты спешили уйти со двора.
– Ничего. Она ничего. И я ничего. – Я врала на голубом глазу, качая головой, чтобы он не передал Ксейдену, будто я не справляюсь с чувствами. – А теперь нам с Рианнон кое-куда надо.
– Надо? – Ри подняла брови. – Ну, значит, надо.
– Ясно. – Боди повернулся к Рианнон: – Что ж, профессор Трисса только что выбрала для новых занятий твоих второкурсников. Завтра в долине, в два.
Трисса? Та самая миниатюрная и тихая участница Ассамблеи!
– Мы придем, – пообещала Ри.
В Аретии снег выпадал раньше, чем в Басгиате, и к первой неделе ноября наш быстро растущий городок уже был накрыт тонким белым одеялом – но не долина выше. Она сохраняла тепло благодаря сочетанию природных термальных источников в горной гряде и все усиливающейся магии, которую транслировали как драконы, так и грифоны.
Я неотрывно смотрела на утоптанную тропинку в конце долины, ведущую в дом Риорсонов, а внутри меня все переворачивалось.
– Как-то неловко. – Сойер сложил руки на груди и бросил скучающий взгляд на кадетов напротив. Всего пятнадцать футов травы отделяли второкурсников нашего отряда от второкурсников-летунов Кэт.
Похоже, нас обеих вызвали.
Но если драконы, стоящие за нами, и грифоны за летунами смогут удержаться и не напасть друг на друга, все пройдет цивилизованно.
– Согласна.
«„Цивилизованность“ переоценивают, – заметила Андарна, разминая когти в траве. – Никогда не пробовала грифона…»
«Мы не едим союзников, – наставительно проворчал Тэйрн. – Поищи другую закуску».