Нила и Вон изо всех сил старались принять Жаклин в свою среду, но она была воспитана по-другому. Она была единственным ребенком в заносчивой семье. Она не знала, как вести себя на больших собраниях, и в этом отношении я мог ее понять.

У нас были более счастливые времена, когда мы навещали ее в Корнуолле, где Джеки жила со своим мужем. Там, на ее собственной территории, ее эмоции были спокойными и уверенными, в то время как она щедро одаривала своих маленьких племянницу и племянника любовью.

Она была хорошей тетей. Ее колючие черные волосы ничем не могли отличаться от реки черного дерева Нилы. Однако у нее были те же глаза, та же фигура, та же плавная грация.

Нила и Вон выросли, веря, что они близнецы; узнав, что они тройняшки, пришлось немного привыкнуть. Однако лежащие в основе история и тайна пока не позволяли образовать сложную связь.

Со временем она сформируется. Нила в конце концов согреет свою сестру и поможет ей развеять угрызения совести из-за того, что ее не было рядом, чтобы помочь. Стыд был сильной вещью, и Жаклин не могла избавиться от сожаления о том, что она была первенцем на несколько минут, но все же не заплатила долг.

Она даже не до конца понимала последствия этого долга. Не хотела слишком глубоко погружаться в историю.

Мое сердце бешено колотилось. Если бы Жаклин не была спрятана, она была бы моей, а не Нила. И конец Долг по наследству мог бы быть совершенно другим, потому что, хотя я терпел Жаклин, я не был связан с ней. Ее эмоции были рассеянными по сравнению с ее сестрой. У нее никогда бы не хватило силы дотянуться до моего льда и вырвать меня из его хватки.

Мои руки чесались снова обнять Нилу. Чтобы поблагодарить ее. Любить ее за то, что она есть.

Так я и сделал. Поднявшись с корточек, я быстро обнял свою жену, прежде чем снова опуститься на корточки перед Эммой.

Нила приняла мое объятие с мягкой улыбкой, как будто она прочитала мои мысли.

От Эммы пахло сырными слойками и булочками с колбасой, приготовленными специально для ее праздничного ужина.

- Тебе понравилось сегодня кататься на Фокус-покусе?

Эмма захлопала в ладоши.

- Да. Она потрясающая. Могу я сделать это ещё раз? Прямо сейчас?

Я купался в ее заразительной энергии.

- Не сегодня. Завтра. Мы все отправимся прокатиться.

- Мы можем взять с собой птиц? А собак? А Немо?

- Немо?

Эмма посмотрела на Нилу.

- Ты сказала, что спросишь, мамочка.

Нила ласково закатила глаза.

- Немо - это имя Эммы для котенка, которого мы видели в рекламе в деревне. Я сказал ей, что у нас более чем достаточно домашних животных. - Взъерошив волосы, она улыбнулась. - Ты только что получила пони. Хватит подарков животных.

Эмма надулась. Я напрягся от детских требований, но она уравновесила свои эмоции с такой зрелостью, что меня захлестнула гордость.

- Я знаю. Фокус потрясающий. - Наклонившись, она чмокнула меня в щеку. - Спасибо тебе, папочка.

Мое сердце разбилось вдребезги от любви.

Потребовался почти год, чтобы найти идеального жеребенка для Эммы. Я заказал кобылку у заводчика, который дал мне жеребенка для Кеса.

Почти в восемь лет Кес стал опытным наездником и ежедневно ездил со мной, рысил рядом со мной, храбро скакал галопом, исследуя границы Хоуксбриджа, пока я учил его ценности земли и наследия. Теперь Эмма могла присоединиться к нам на своей полуночной кобылке по имени Фокус-покус.

Отпустив липкие руки Эммы, я полез в задний карман за коробкой. Передавая её ей, в комнате воцарилась тишина, когда я поцеловал ее нежную щечку.

- Это будет значить для тебя больше, когда ты станешь старше, но я хотел, чтобы это было у тебя сейчас. Обещай мне, что ты будешь очень заботиться о нем и никогда его не потеряешь.

Ее черные волосы взметнулись, когда она яростно кивнула.

- Я обещаю.

Я тихо рассмеялся, когда она схватила красную коробку и открыла ее. У нее был достаточный опыт открывания шкатулок с драгоценностями. Одним из ее любимых мест была Алмазная аллея, где она совершала набеги на драгоценную коллекцию Нилы. Она сказала, что хочет ожерелье своей матери — однажды даже попыталась оторвать его пилочкой для ногтей. Она и не подозревала, что это было бы на ее маленькой шее, если бы она родилась от другого мужчины в другое время, если бы все еще существовал Долг по наследству.

Она была девушкой-Уивер. Но теперь это имя не сопровождалось таким проклятием.

Ее маленький ротик приоткрылся, когда она увидела ожерелье с черным бриллиантом, которое я показал Ниле в тот день, когда официально попросил ее выйти за меня замуж.