— Я тебя согрею, — он развязал бандану на моей груди и стянул с себя шерстяной свитер. — Сними это, пока я не порвал их, — он дернул меня за одолженные брюки.

Я быстро разделась, дрожа не столько от холода, сколько от мерцающего пламени в его глазах, которое лизало мою наготу. Упершись коленями по обе стороны от его бедер и подложив под Салема расстеленный плащ, я провела пальцами по точеным выпуклостям его торса, задержалась на пуговице на брюках. Вид его возбуждения, натягивающего кожу, вызвал прилив адреналина в моем теле, воспламеняя меня и ускоряя пульс.

Когда его длина освободилась, Салем схватился за основание и потер широкой головкой моей вход.

— Всегда такая мокрая.

— Всегда такой твердый, — я прижала ладони к его груди и склонилась над ним. — Трахни меня вот так… сверху.

Его клыки удлинились, и мои тоже заныли. Положив одну руку мне на талию, а другую на свой член, Салем приподнял бедра и пронзил меня по самую рукоять. Череда хриплых стонов каскадом пронеслась между нами. Не отрывая глаз друг от друга, мы двигались вместе, медленно, потом быстрее, заставляя каждую заряженную клетку моего тела сливаться между ног. Ощущение полноты наэлектризовывало, скользящие удары вызывали греховное привыкание.

Холодный воздух пощипывал мою кожу, но пока я приподнималась и скакала на его члене, я как будто знала, что делаю, и моя кровь начала пульсировать и нагревать мое тело. Его руки были повсюду, обхватывая мою грудь, щипая мои соски, массируя мой клитор. Салем был весь в мощных толчках и охающей потребности, и я была поглощена им. Я намеревалась трахнуть его, но то, что я была сверху, не давало мне больше контроля. Он держал меня там, где хотел, задавал темп и устанавливал баланс между болью и удовольствием.

Блаженное ощущение его ласк затмило бьющее давление на задние стенки моей киски. Вскоре все, что я чувствовала, свелось к его дрожащей настойчивости и жгучему взгляду. Мое сердце бешено забилось, когда я посмотрела в эти глаза. Я хотела, чтобы он завладел моими губами, моими отчаянными звуками и каждым спазмом в моей киске. Я хотела, чтобы он вечно смотрел на меня так, как будто я принадлежала ему во всех отношениях.

Когда Салем схватил меня за шею и приподнял одну грудь для атаки своих клыков, я обмякла в его объятиях. Мои глаза затрепетали и закрылись, когда его укус опалил мой сосок, проник в вены и привел в чувство.

— Кончи со мной, — его рот оторвался от моей груди и поймал мои губы в жестоком поцелуе, который сбросил нас по спирали вниз со скалы.

Яркий свет вспыхнул под моими веками, бросая огненные искры на мою кожу. Мой желудок сжался, а зубы заныли. Когда я попробовала его кровь, мой оргазм усилился. Я хотела большего и прервала поцелуй, чтобы добраться до его шеи.

Рука на моем горле оттолкнула меня назад. Он зашипел, освобождаясь, и его зрачки расширились в слабом свете фонаря. Красная бусинка маячила на его губе, маня меня безутешной жаждой.

Я напряглась в его хватке, одержимая желанием прильнуть к источнику крови. Размытым движением Салем перевернул нас, придавив меня весом своего тела, его кулак обхватил мое горло, а член погрузился до самого корня, проливая влажное тепло внутрь меня.

— Дыши, — одним движением языка Салем стер кровь со рта. Свободной рукой он убрал волосы с моего лица, успокаивая мое бешеное дыхание. — Хорошая девочка. Теперь еще один вдох. Втяни его глубоко в диафрагму.

Его хриплый голос гипнотизировал, а мужской запах успокаивал, как наркотик. Я слушала его повторяющиеся инструкции, дыша, расслабляясь, впитывая оберегающее тепло его тела. В конце концов, рев в ушах прекратился, пульсация в зубах ослабла, а мышцы расслабились.

Он перевернул нас на бок, лицом к лицу, его бедро втиснулось между моих ног, а кожа и мех наших пальто обернулись вокруг нас.

— Будет ли это всегда таким? — я еще теснее прижалась к его груди. — Непреодолимая потребность кусаться во время секса?

— Для меня да, — он прижался губами к макушке моей головы. — Ты не сможешь остановить меня от укуса, но я могу остановить тебя.

Это казалось несправедливым, но я смирилась с обстоятельствами. Хоть я и была невосприимчива к укусу гибрида, но укус Салема дал мне клыки. Мы не знали, что мой укус сделает с гибридом. Хотя Салем не был гибридом, я не винила его за то, что он не захотел стать моим первым испытательным случаем.

Мичио должен был определить, есть ли у меня ядовитые железы, не отравит ли мой укус Салема чем-нибудь вредным или смертельным. А до тех пор будет безопаснее, если Салем не позволит мне проникнуть в его вены.

Мы съели небольшую часть его запаса еды — сухарики, вяленое мясо оленя и кедровые орехи — и запили его водой из его бурдюка из шкуры животного. Потом мы спали в теплых объятиях друг друга, пока темнота не прокралась через вход в пещеру, как непрошеный гость.