«Ты просишь меня войти во владения великих воинов после того, как я лишил девственности их драгоценную дочь? Они меня кастрируют».

— У тебя все еще есть яйца, — сказала я одними губами, ухмыльнулась и ткнула его в живот.

Он не улыбнулся в ответ. Выражение его лица было свирепым, а внимание вернулось к мужчинам позади меня.

Я украдкой бросила жадный взгляд на его обтянутые черной кожей мощные ноги и член, восхитительно обнаженный V-образный торс и серебристый блеск его сумеречных глаз. Затем я двинулась к остальной части комнаты.

Салем подбросил еще дров в костер, а я задержалась еще на несколько секунд. Эдди склонился над столом спиной ко мне, положив руки на деревянную поверхность и опустив голову. Он был одет в свою обычную кожаную одежду от шеи до ботинок. Его черные волосы были подстрижены коротко, почти вровень с идеально круглым черепом, широкие плечи сделались жесткими. Мне хотелось потереть ему спину и пообещать, что ему не о чем беспокоиться.

В нескольких футах от него Джесси и Рорк стояли плечом к плечу, склонив головы и отвернувшись от меня, и шептались слишком тихо для моих ушей. Джесси скрестил руки на груди, натягивая швы на спине своей черной кожаной куртки. Рорк был выше и шире в плечах, чем Джесси, и всегда чертовски импозантен в своем красном кожаном плаще, который выпирал сбоку, где висели ножны. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы заставить любого мужчину или гибрида задрожать, не говоря уже о дочери, которая собиралась признаться в сексе и жажде крови.

Я сглотнула, прочистила горло.

— Вы можете повернуться.

Эдди бросился вперед первым.

— Что случилось с Джереми?

Я провела рукой по губам и закрыла глаза, борясь с приступом горя.

— Он не выжил, — когда я открыла глаза, то жестом указала на огонь, который разжег Салем. — Я начну с самого начала, но, может быть, нам стоит подождать Мичио, — я посмотрел на своих отцов. — Вы чувствуете, далеко ли он?

Джесси сердито посмотрел на Салема, потом прищурился и взглянул на меня. Очевидно, он не хотел, чтобы Салем знал, что между ним, Рорком и Мичио существует необъяснимая связь, которая позволяет им чувствовать ауры друг друга и определять их местоположение. Это не было общеизвестным, но и не являлось секретом.

— Иди сюда, — Рорк притянул меня к своей груди и зарылся носом в мои волосы. — Я с ума сходил от беспокойства.

— Матерился и раздражал всех без остановки, да? — я изобразила ирландский акцент, улыбаясь ему.

— Да, — он обхватил мое лицо ладонями, и его глаза были полны нежности и любви. — Джесси пригрозил, что сломает ногу, если я не возьму себя в руки.

— Прости меня, па. Мне так много нужно тебе рассказать.

— Эдди. Иди и приведи Мичио, — Рорк отпустил меня и сел на пол у камина, опершись локтем о согнутое колено. — Он в тридцати минутах ходьбы на северо-запад.

Ноздри Эдди раздулись, его взгляд метал кинжалы в Салема. Затем он развернулся сердитым вихрем кожи и вылетел из хижины.

— Я не нравлюсь твоему дружку, — Салем заправил прядь волос мне за ухо, и его рот искривился в озорной ухмылке.

Отказываясь поощрять это инфантильное соперничество, я проигнорировала замечание и села на ковер лицом к Рорку.

— Мичио один?

Взгляд его острых зеленых глаз метался между Салемом и мной, сузившись до недоверчивых щелочек, когда Салем опустился рядом со мной, положив руку мне на колени и не оставляя между нами ни малейшего пространства.

— Док с Линком и Хантером, — Рорк смахнул белокурый дред со своего щетинистого лица.

Я с облегчением кивнула. Линк и Хантер были самыми близкими друзьями моего отца.

— Начинай говорить, — Джесси сел у стены рядом с очагом и вытянул ногу за спиной Рорка.

— Точно, — Рорк одарил меня всей силой своего гневного ирландского взгляда. — Начни с той части, когда ты потеряла свой тупой, как доска, разум и сбежала из-под защиты своих солдат, выставив себя святой.

О боже. Я сделала глубокий вдох и погрузилась в события последних двух недель. Обезглавливание Джереми, тюрьма в особняке, дети-гибриды, регулярное питание и наша озадачивающее освобождение. Я пропустила секс и укусы, а также преследование и предысторию Салема, полностью осознавая, что только оттягиваю неизбежное.

— Он тебя принудил? — тихо и смертоносно спросил Рорк, кивнув на свежий след укуса на моей шее.

— Нет, — мой голос словно споткнулся. — Конечно, нет.

Рорк направил на Салема взгляд, полный злобы и клыков.

— Когда именно ты трахнул нашу дочь?

— Па! — мой позвоночник резко выпрямился. — Прекрати.