Мы ещё долго лежали в тишине, тесно прижавшись друг к другу, наслаждаясь близостью и видом на виноградники. Наши тела, ещё хранившие жар страсти, медленно остывали под ночным небом, а я наслаждалась его запахом – горьким, терпким, с цитрусовыми нотами, которые сводили меня с ума. Я слушала размеренное биение сердца Доменико и не хотела ничего больше, кроме как остаться вечно в его объятиях.

В его руках я не просто чувствовала себя в полной безопасности, защищённой от всего мира, а ураган страстей, бушевавший внутри меня, наконец-то утих, превратившись в шёпот, а на его месте расцвела спокойная, почти пугающая, безмятежность.

Но, увы, покой этот длился недолго.

– Нам нужно подняться. – вздохнула я, с сожалением понимая, что нам пора приводить себя в порядок.

Доменико лишь сильнее прижал меня ближе, зарываясь носом в мои растрёпанные волосы.

– Ещё чуть-чуть. – пробубнил он.

Я засмеялась, чувствуя, как по шее текут капельки пота.

– Но нам правда нужно привести себя в порядок. – попыталась я возразить, хотя сама совершенно не хотела покидать этот сладостный кокон.

Доменико издал разочарованный рык, но всё же ослабил хватку и выпустил меня из объятий. Я потянулась за своей одеждой, но он опередил меня, схватив платье вместе с нижним бельём.

– На память. – ухмыльнулся Дом, пряча мои кружевные трусики в карман брюк.

В его глазах плясали озорные чёртики, и я невольно рассмеялась.

– Доменико! – воскликнула я, пытаясь изобразить возмущение, но мои губы предательски растянулись в улыбке.

– Не беспокойся, biancaneve. – проговорил он, притягивая меня к себе. – Они в надёжном месте.

Моррети наклонился ко мне, и я почувствовала, как его губы накрывают мои в жадном, отчаянном поцелуе. По венам будто пронёсся электрический разряд – искры страсти, все ещё тлевшие в наших телах, вспыхнули с новой силой, грозя перерасти в неистовый пожар. Доменико целовал меня так, как будто пытался вобрать в себя всю мою сущность. Я разочарованно застонала, когда он отстранился, оставляя на губах привкус своего желания и терпкость вина.

– Ты поистине удивительная женщина, Анастасия. – прошептал он, и его голос, низкий и хриплый, заставил мурашки пробежать по коже.

Вскоре мы снова устроились на мягком пледе. Доменико обнял меня за талию, притягивая к себе ближе. Я с блаженством прильнула к его сильному, обжигающему телу, наслаждаясь теплотой и уютом его объятий.

– Пора тебя покормить. – сказал он, и в его голосе прозвучала властная нотка собственника.

Доменико открыл корзинку и достал несколько тарелок с изысканными закусками – брускетты с ароматными томатами и свежим базиликом, миниатюрные канапе с нежнейшей пармской ветчиной и сочной дыней, благородные сыры, сладкий виноград, оливки.

– Откуда это у тебя? – удивилась я, разглядывая аппетитное содержимое корзины. – Неужели ты всё это сам приготовил?

Доменико усмехнулся, его пальцы скользнули по моей щеке, обжигая даже сквозь прохладу вечера.

– Ты слишком завышаешь для меня планку. Это всё заслуга Лукреции. Я попросил её подготовить всё, когда ехал домой.

Он разлил по бокалам темно-рубиновое вино, и протянул один мне.

– За нас? – спросил Дом, пристально глядя на меня из-под полуопущенных ресниц.

Я кивнула, чувствуя, как моё сердце начинает биться чаще от его взгляда, и сделала небольшой глоток, наслаждаясь терпким, бархатистым вкусом. Доменико тоже пригубил свой бокал, наблюдая за мной с лёгкой улыбкой на устах.

Мы молчали, но это была уютная, наполненная взаимным пониманием тишина. Постепенно начали пробовать закуски, иногда кормя друг друга с рук. Доменико внимательно следил за моей реакцией, как будто желая убедиться, что мне нравится. Я таяла под его нежным взглядом, чувствуя, как с каждым мгновением наша связь крепнет.

Вдруг Доменико поднял руку и кончиками пальцев, грубыми, шершавыми, коснулся моей щеки. Я замерла, затаив дыхание, боясь спугнуть эту волшебную атмосферу.

– Думаю… я должен объясниться. – неожиданно серьёзно произнёс он, заставив меня насторожиться.

Я ощутила, как внутри меня зашевелилось беспокойство. В его тоне слышались нотки неловкости, будто то, что он собирался сказать, давалось ему с трудом.

– О чём ты? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, хотя сердце бешено колотилось о рёбра.

Доменико глубоко вздохнул, как будто собираясь с мыслями.

– Я говорил тебе, что мне не нужен секс. – процедил он сквозь стиснутые зубы. – После того, что между нами произошло, не хочу, чтобы ты думала, будто обязана это делать и дальше. Честно сказать, я и сам не понимаю, как так получилось. Обычно я не чувствую ни к кому сексуального влечения, но ты… Я боролся с этим, потому что купил тебя, как бы отвратительно это ни звучало, совершенно не для этой цели.

Его слова больно обожгли меня, но я старалась не подавать виду. В душе всё кипело, будто кислота разъедала меня изнутри.

– Просто не мог позволить, чтобы ты попала в лапы этих мерзких ублюдков. – добавил Доменико.

Я сглотнула ком, застрявший в горле.

– Раз уж мы заговорили об этом, почему именно я? Там же было столько девушек?