– То, что ты делаешь с собой, это не помогает. – произнёс он, не отрывая взгляда от моей руки. – Это лишь иллюзия контроля. Ты причиняешь себе физическую боль, чтобы заглушить другую… более глубокую.

Римо на мгновение замолчал, затем тихо произнёс:

– Готово.

И вот снова он закрылся, как по щелчку пальца. Стены поднялись, холодные и неприступные. Маска безразличия вернулась на его лицо, скрывая всё, что он так старательно пытался скрыть от меня.

Внезапно тишину прорезал пронзительный сигнал мобильного. Римо напрягся, быстрым движением достал телефон и, пробежав по экрану, коротко ответил на сообщение. Подняв на меня свои тёмные глаза, он произнёс:

– Гости здесь. Я должен тебя предупредить… они… специфические. Но никто из них не причинит тебе вреда.

Его слова повисли в воздухе. Что он имеет в виду?

Моё сердце заколотилось быстрее, предчувствие чего-то тревожного, сжало грудь. Я подняла взгляд на Римо, ища в его глазах хоть какой-то намёк, объяснение, но наткнулась лишь на ту же непроницаемую маску, что так часто скрывала его истинные чувства. Мне оставалось лишь гадать, что ждёт меня за порогом этой комнаты, и какую роль его друзья играют в этой безумной, опасной игре, в которую меня втянул Римо.

Я не мог отвести взгляд от Даны. Каждое её движение захватывало меня, как хищника завораживает добыча. Напряжённая, настороженная, она напоминала загнанную в угол лань – грациозную даже в страхе. Голубые, расширенные глаза, полные уязвимости и… проклятого любопытства.

Чёрт, эта женщина сводит меня с ума!

Её хрупкость, переплетённая с упрямством. Непокорность, скрывающаяся за маской безразличия. Она пыталась играть со мной, но не понимала, с кем имеет дело. Мне хотелось сдёрнуть эту маску, разорвать её на клочки и увидеть истинное лицо. Добраться до самой сути её души, понять, что заставляет её сердце биться. А потом – сделать это сердцебиение своим.

Желание обладать ею нарастало, как волна, грозящая захлестнуть всё вокруг. Внутри меня разгорался огонь, жадный и неумолимый. Но сейчас не время.

– Пойдём. – бросил я, пряча телефон в карман. – Нас ждут.

Она сжала губы, но ничего не сказала, следуя за мной с покорностью, которая сейчас раздражала и одновременно интриговала. Эта видимость смирения была лишь ещё одной игрой. Она пыталась меня изучить, понять мои намерения.

Как забавно.

Мы вышли из стрелкового тира, оставляя позади запах пороха и свинца, и направились по длинному коридору к гостиной. Тишина между нами была насыщена напряжением.

– Зачем ты это делаешь? – вдруг спросила она, остановившись посреди коридора.

Я замер, медленно поворачивая голову к ней.

– Что именно? – мой голос прозвучал холодно и отстранённо.

– Играешь со мной. – в её глазах сверкнул вызов. – Ты приводишь меня сюда, заботишься, учишь, но продолжаешь держать на расстоянии. Я не верю, что это для того чтобы я дала тебе шанс!

Я усмехнулся, ощущая тёмное удовольствие от её смелости и дерзости.

– Думаешь, это игра?

– А разве нет? – она сделала шаг вперёд, поднимая подбородок. – Скажи мне правду, Римо.

– Ты не готова к этому. – произнёс я тихо, приближаясь к ней. Наши лица разделяли всего несколько сантиметров.

– Позволь мне решить самой. – её голос был твёрдым, хотя я уловил лёгкую дрожь.

Я хотел было ответить, но передумал. Да, мне следовало, с самого начала, открыть ей часть того, кем я являюсь. Но это только отпугнёт её, а я не готов позволить «судьбе» взять дело в свои руки.

– Любопытство иногда приводит к печальным последствиям, Дана.

– Ты пытаешься меня запугать? – её глаза сверкнули гневом, но я заметил, как она нервно сжала кулаки.

Я медленно провёл пальцем по её щеке, наслаждаясь мягкостью кожи. Она вздрогнула, и это доставило мне извращённое удовольствие.

– Просто предупреждаю. – прошептал я с усмешкой.

– Я не боюсь тебя! – она встретила мой взгляд без тени страха.

– Должна бы. – прошептал я, наклоняясь ближе, почти касаясь губами её уха. – У меня много тайн, которые могут изменить твоё представление о мире.

– Я не понимаю, почему ты не можешь быть честным со мной?

Я выпрямился, глядя на неё сверху вниз.

– Честность – это роскошь, которую не каждый может себе позволить.

– А ты?

– Я предпочитаю играть по своим правилам.

Она тяжело вздохнула, разочарование отразилось в её глазах.

– Ты невыносим.

Я пожал плечами, равнодушно наблюдая за её реакцией.

– Называй как хочешь. А теперь идём, нам пора.

Она замялась, но затем последовала за мной. Я чувствовал её взгляд у себя на затылке, ощущал напряжение, исходящее от неё. Дана пыталась сопротивляться, но не понимала, что уже попалась в мою сеть.

Одержимость Вегой росла с каждой минутой. Её сопротивление лишь разогревало интерес, возбуждало желание сломить её волю, подчинить.

Когда мы подошли к массивной двери гостиной, она вдруг снова заговорила:

– Я не игрушка, Римо.

Я остановился не оборачиваясь.