– Ты говорила, что ты импульсивный покупатель.

– Это не то же самое, что «барахольщица», Роман.

– Мы все равно купим платье.

– Тебе нравится сорить деньгами? Это какой-то вид компульсивного поведения? Знаешь, ты можешь мне признаться, – хихикает она.

Нет, я не думаю, что могу признаться ей, какое удовольствие мне доставляет покупать для нее вещи.

– Не заставляй меня ждать.

– Эй, мне надо выгулять Брандо. Он написает на пол.

– Попроси Ольгу выгулять зверя.

– Я скажу Брандо, что ты сделал ему комплимент.

– А еще ты можешь ему сказать, что если я снова застану его жующим зарядку от моего ноутбука, то я сделаю тебе тапочки из его шкуры.

– О боже! – смеется она. – Большой и злой пахан только что пошутил. Ты хорошо себя чувствуешь?

Я ухмыляюсь.

– Один час, Нина.

Оборвав связь, я погружаюсь в отчеты, которые прислал Михаил, а также в планы поставок на следующую неделю. Хотя мысли о некой черноволосой женщине мешают мне на чем-либо сосредоточиться.

– Как тебе это?

Нина выходит из примерочной в маленьком черном платье. У него высокий ворот и подол, который едва прикрывает ей задницу. Покрой довольно прост, однако из-за того, как оно сидит на ее теле и обхватывает бедра, подчеркивая тоненькую талию, платье совсем не кажется простым. В паре с босоножками на высоких каблуках и с волосами, уложенными на макушке, результат сногсшибательный, и мне трудно отвести взгляд от ее ног и дерзкой маленькой задницы. Если Нина выйдет в этом на улицу, на дорогах возникнут пробки.

– Мы его возьмем, – говорю я сдавленным голосом. – Но найди другое для ужина.

– Почему? Что с ним не так? – Она смотрит в зеркало и склоняет голову набок. – Оно слишком простое?

– Я не позволю моим партнерам по бизнесу целый вечер пялиться на ноги моей жены.

– Не будь дикарем, Роман. Оно не настолько короткое.

– В субботу ты его не наденешь.

Или где бы то ни было на людях, уж я об этом позабочусь.

– О, да ради бога. Прекрасно. Пойду найду вместо него картофельный мешок.

Мне нравится идея с картофельным мешком. На самом деле, если бы я мог завернуть ее с головы до пят, это сделало бы меня очень счастливым.

В итоге Нина покупает розовое платье миди, и, хотя я не в восторге, так как оно с глубоким вырезом и довольно сильно обнажает ногу, оно намного лучше черного. Пока она смотрит что-то на вешалках с блузами, я киваю консультанту, чтобы также завернули и черное платье. После того как Иван забирает сумки, я веду ее в ювелирный магазин на первом этаже.

– Нет, – говорит она, когда мы останавливаемся перед витриной со множеством колье. – Мне не нужны украшения.

Они ей не нужны, это точно. Когда мой цветочек входит в комнату, она сияет ярче любого бриллианта, но жены Тануша и Душку приедут в золоте и драгоценных камнях, и я не хочу, чтобы Нина чувствовала себя хуже них.

– Нет, нужны, – говорю я и веду ее внутрь.

Она ходит по магазину, осматривая украшения, выставленные в стеклянных витринах вдоль стен, пока не останавливается у той, на которой лежат самые скромные колье.

– Как насчет этого? – Она указывает на тонкую золотую цепочку.

Я игнорирую ее и подъезжаю к большой витрине у противоположной стены, содержащей лучшие экземпляры. Когда консультант видит, куда я смотрю, то подбегает и начинает выкладывать передо мной в ряд бархатные коробочки.

– Я не надену чей-то дом себе на шею, – шепчет мне на ухо Нина.

– Вон то. – Я указываю на комплект, который состоит из ожерелья и браслета из белого золота, отделанного белыми бриллиантами, и смотрю на консультанта, который широко мне улыбается – его глаза огромные, как блюдца. – И подходящие серьги.

Он охотно кивает, достает другую бархатную коробочку и кладет ее рядом с комплектом.

– Да, – киваю я. – Давай сначала примерим их.

– Пожалуйста, скажи мне, что они искусственные. – Нина стонет рядом со мной, и я не могу не рассмеяться. – Они не искусственные, правда?

– Нет, малыш, они не искусственные.

Консультант расстегивает ожерелье и, встав за Ниной, высоко поднимает его, намереваясь надеть на ее шею.

– Дотронешься до моей жены, – говорю я идиоту, – останешься без рук.

Мужчина подпрыгивает и делает шаг назад, почти спотыкаясь о свои же ноги.

– Боже, Роман! Что на тебя нашло? – Нина смотрит на меня с удивлением, затем поворачивается к продавцу. – Он не имел это в виду.

– Имел. Повернись. – Я протягиваю руку, чтобы забрать ожерелье у консультанта.

Застегнув его, я восхищаюсь тем, как оно подчеркивает ее тонкую шею. Браслет велик на несколько размеров. Она, наверное, может просунуть в него оба запястья.