Роман Петров, пахан Братвы, непринужденно сидит за столом в другом конце комнаты и следит за мной взглядом. На нем сшитая на заказ классическая рубашка с закатанными до локтей рукавами того же оттенка, что и его иссиня-черные волосы.

На его лице появляется едва заметная улыбка, и мне не нужно руководство «Пахан для чайников», чтобы понять, что это нехороший знак.

– Сергей, – говорит он, не сводя с меня глаз. – Я бы хотел поговорить с нашей гостьей наедине, пожалуйста.

Сергей кладет руку мне на плечо.

– Ты не против?

Ха, как будто у меня есть выбор.

– Конечно не против. – Я улыбаюсь.

Сергей кивает, затем поворачивается к Роману и указывает на него пальцем.

– Не пугай ее, – говорит он и уходит, закрывая за собой дверь.

Петров наблюдает за мной, и озорная улыбка на его лице становится чуть шире.

– Рад наконец-то познакомиться с вами, мисс Сандовал, – говорит он. – Пожалуйста, присаживайтесь.

Я чувствую, будто мои ноги закатали в цемент, когда делаю несколько шагов к стулу напротив него и присаживаюсь.

– Вы хотели поговорить со мной, мистер Петров? – спрашиваю я.

– Мне нужно, чтобы ты начала говорить.

Я вздыхаю и на секунду закрываю глаза. Никто в здравом уме не стал бы лгать лидеру русской мафии.

– Что вы хотите знать?

– Давай начнем с того, какого хрена ты забыла в машине с партией наркотиков итальянцев?

– Это был единственный способ сбежать от Диего Риверы, – говорю я.

– Какое отношение ко всему этому имеет Диего?

– Две недели назад он пришел к нам домой под предлогом делового разговора с моим отцом. Они были партнерами много лет, так что в этом не было ничего необычного и никто ничего не заподозрил, хотя он приехал с бо́льшим количеством людей, чем обычно. Мой отец отвел его в свой кабинет. Вскоре после этого мы услышали выстрелы.

Петров наклоняется вперед, на его лице читается удивление.

– Диего убил Мэнни? Я думал, что его убила полиция.

– Да, эту историю Диего всем и рассказывает.

– Я сожалею о твоем отце. Мы были не в лучших отношениях, но я уважал его.

– Спасибо.

– Итак, Диего решил перенять дела твоего отца, я полагаю.

– Да. И он решил, что люди и партнеры моего отца легче примут это, если я выйду за него замуж.

– Конечно, он так решил. Итак, как ты оказалась в том грузовике?

– Диего хотел отправить одну из девушек с грузом в качестве подарка, – говорю в ответ. – Я заняла ее место.

Петров склоняет голову набок, затем откидывается назад.

– Хорошо, допустим, я поверил в эту историю. Почему ты солгала, когда Сергей спросил, кто ты и что произошло?

– Вы с Диего партнеры. Если бы вы узнали, кто я и что он, вероятно, ищет меня, вы бы отправили меня обратно. – Я пристально смотрю на него. – Я скорее умру, чем вернусь и выйду замуж за свинью, убившую моего отца.

– В чем заключался твой план?

– Его не было. Моей главной целью было уехать из Мексики в США. У меня здесь есть друзья, которые помогли бы. Я планировала связаться с одним из партнеров отца, чтобы он помог мне получить документы и доступ к моим счетам, а затем уехать как можно дальше.

– Что за партнер?

– Лиам О’Нил.

– Не думаю, что просить Лиама О’Нила о помощи – хорошая идея, мисс Сандовал.

– Почему нет?

– Потому что, по имеющейся у меня информации, Лиам и Диего начали работать вместе.

Я выругиваюсь про себя. Вот и провалился мой план по получению документов. Что мне теперь делать?

Петров наблюдает за мной сквозь прищуренные глаза, вероятно задаваясь вопросом, что, черт возьми, ему со мной делать.

– У меня есть к тебе предложение, – говорит он наконец.

– Предложение какого рода?

– Мне нужна помощь кое в чем. Ты поможешь мне, а я достану документы и все, что тебе понадобится, и сделаю так, чтобы Диего никогда тебя не нашел.

– А если я откажусь?

– Я свяжу тебя праздничными ленточками и отправлю обратно в Мексику.

– Значит, вы меня шантажируете?

– Да. В прошлом у меня это отлично получалось, – улыбается он. – Я шантажом заставил свою жену выйти за меня замуж. Дважды.

Бедная женщина. Он, вероятно, держит ее связанной в какой-нибудь комнате в доме. Ублюдок.

– Что вы хотите, чтобы я сделала?

– Ничего особенного. – Роман пожимает плечами. – Просто оставайся у Сергея следующие два месяца. Пусть лучше будет шесть месяцев, мне нравится, когда шантаж длится шесть месяцев.

Я пристально смотрю на него.

– Извините, я не понимаю.

– Мне нужно, чтобы ты осталась с ним и продолжала делать то, чем ты занималась все это время.

– Я не делала ничего, только спала, ела и бродила по дому.

– Ну вот. – Петров улыбается. – Звучит несложно, не так ли? Считай это импровизированным отпуском.

– Это смешно. Почему вы хотите, чтобы я осталась там и ничего не делала?