Движение получается слишком резким, и табурет подо мной шатается. Я вскрикиваю и хватаюсь за ближайшую штору, чтобы удержать равновесие. В тот же миг раздаётся скрип, а затем резкий щелчок где-то над головой. Всё происходит за долю секунды до того, как карниз полностью отрывается от стены и летит мне в голову. Я вздрагиваю и зажмуриваюсь, готовясь к удару. Но прежде чем успеваю подумать о самосохранении, две сильные руки обхватывают меня и уносят прочь.

— Ты, — раздражённый низкий голос шипит у моего уха, — ходячая катастрофа, Тара. Угроза самой себе!

Осторожно приоткрываю глаза и оказываюсь лицом к лицу с разъярённым мужем. Он держит меня на руках и сверлит взглядом. Над бровью у него краснеет большой след. Меня внезапно охватывает беспокойство за него — его ударило этим чёртовым карнизом! Но оно тут же рассеивается, когда до меня доходит смысл его слов.

Ходячая катастрофа.

Не то чтобы мне не приходилось слышать худшего в прошлых отношениях. Тупая. Бестолковая. Истеричка. Неадекватная. И это только начало. Непонятно, почему именно это прозвище от Артуро ранит так сильно. Девилля. Я имела в виду Девилля.

— Спасибо, дорогой. Рада, что ты такого высокого мнения обо мне! — Вырываюсь из его объятий и приседаю, чтобы найти дрель среди груды испорченных белых штор. Чёртова штуковина всё ещё вибрирует. — Чёрт!

— Тара, — рычит Сатана.

— Просто… оставь меня в покое.

— Ты поранишься. Дай мне— Его прерывает приступ кашля, звучащего по-настоящему ужасно.

Я отпускаю край шторы и прищуриваюсь.

— Тебе стоит послушать Грету и провериться у врача.

— Боишься стать молодой вдовой, gattina? — Новый приступ кашля. Он прикрывает лицо сгибом локтя, пока не может сделать глубокий вдох. — Я в порядке.

Найдя дрель под тканью, он подходит осмотреть моё «творение».

— Ты что, пыталась пробить отверстие для ещё одного окна?

— Сверло постоянно натыкалось на… что-то там, — машу рукой в сторону стены, — и не проходило дальше.

— И ты попробовала двенадцать раз?

— Вообще-то, тринадцать.

Девилль качает головой. Кривая усмешка играет на его губах, когда он убирает табурет в сторону. Ему требуется несколько секунд, чтобы просверлить отверстие, с которым я билась почти час. Ещё меньше — чтобы сделать второе над отмеченным крестиком.

— Вот. — Протягивает руку. — Дюбели?

— Что?

— Пластиковые штуки, которые вставляются в отверстия. Они держат шурупы.

— А-а. — Приседаю к ящику с инструментами от Греты и начинаю копаться в нём. — Не ожидала, что ты разбираешься в таких ручных, ремонтных штуках.

— Почему?

Поднимаю бровь, окидывая его взглядом. Даже с закатанными рукавами и дрелью в руках он умудряется выглядеть изысканно.

— Просто не похож на такой тип, — говорю, возвращаясь к поискам в ящике. Наконец замечаю оранжевые пластиковые штуковины и беру пару. — Держи.

Девилль протягивает руку, но вместо того чтобы взять дюбели, обхватывает мою талию и притягивает к себе. Моя грудь врезается в его, вышибая воздух из лёгких.

— И на какой тип я тогда похож, Тара? — наклоняется он.

— На чересчур высокомерный. Такой, который никогда не опустится до ручной работы.

— М-м. Уверяю тебя, я люблю тяжёлую работу и никогда не избегал того, что требует ручных усилий. Я также весьма искусен в различных техниках. Особенно плотских.

В его глазах появляется опасный блеск, когда он произносит это. Он что, намекает?..

О боже, да!

Дрожь пробегает по телу, а глубокое, пульсирующее желание поселяется внизу живота. Кусаю внутреннюю сторону щеки, пытаясь прогнать мысленные образы Артуро, применяющего свои «ручные усилия». В частности, его пальцы на моей промежности. Клитор пульсирует в предвкушении, и я не могу сдержаться… Из груди вырывается вздох.

Его раскалённый взгляд мгновенно опускается на мои губы. Не думая о том, что делаю, я ловлю себя на том, что наклоняюсь ближе. Ближе к этим чувственным губам. Магнитом притягиваюсь к ним, будто его глаза имеют власть над моими движениями. Я вдыхаю его запах — опьяняющий, манящий, вызывающий зависимость. Его нижняя губа едва касается моей, и все рациональные мысли разом улетучиваются.

Я обвиваю рукой его шею и притягиваю к себе, захватывая эти манящие губы своими.

Артуро отвечает на поцелуй. Горячее дыхание обжигает моё лицо, пока он прижимает меня к себе. Пока опустошает мой рот. Пока пожирает меня, как изголодавшийся на долгожданном пиру. Пряный аромат его одеколона кружит голову, пока я отвечаю ему поцелуем на поцелуй.

Его рука скользит вниз, сжимая мою задницу, и моё неконтролируемое желание взмывает до…

Но его ладонь внезапно замирает. И это отсутствие движения словно обливает мою разгорячённую кожу ледяной водой. Глаза распахиваются, сталкиваясь с его шоколадными глубинами. Мы смотрим друг на друга, оба пытаясь перевести дыхание.

Мгновение.

Затем, будто поражённые током, мы резко отстраняемся, отпрыгивая на несколько шагов.

— Эм… — Я отворачиваюсь, не желая встречаться с ним взглядом. — Мне нужно найти тот дюбель, который я уронила.