– Нет. – Она уперлась коленями в край матраса и опустила руки по обе стороны от моих ног. – Я в восторге.

У меня в кармане лежал пульт от камеры, и я как раз вовремя нажал на запись. Эли оторвалась от пола, встала на четвереньки и оседлала мои ноги. Нож она продолжала сжимать в кулаке, осторожно отвернув от меня острое лезвие. И – господи боже мой! – она ползла ко мне. Если бы это стало последним, что я увидел в своей жизни, я бы умер счастливым человеком.

Мышцы ее рук и плеч причудливо напрягались с каждым движением. Ее окровавленный топик натянулся, открыв мне восхитительный вид на ее декольте. Из-за маски она выглядела еще сексуальнее. Я знал, что для большинства людей в нашем сообществе главная их притягательность состояла в анонимности, но меня сильнее заводило именно знание, что за маской находится Эли. И что она по своей воле делала это для меня. Что она как будто наслаждалась не меньше меня, хотя мне пришлось выиграть спор, чтобы заманить ее сюда.

Эли остановилась, когда ее тело оказалось надо мной, и присела прямо на мой вздыбленный стояк. Она попробовала поводить бедрами, и мы оба застонали. Она подняла нож и провела кончиком по моему животу, задержавшись прямо у сердца.

– Вырежи его, детка, – сказал я. – Оно твое.

– Я бы никогда не ранила тебя, – сказала она тихим голосом и еще раз вильнула бедрами.

Мне пришлось схватиться за них и удержать ее на месте, ведь если бы она сделала так еще раз, то все остатки здравомыслия покинули бы меня, и я в итоге забил бы на то, чтобы снимать сегодня видео.

– Мне нужно переставить камеру, – выдавил я.

– К черту камеру, – сказала она, снова скользнув ножом по моему животу. – Я хочу поиграть.

Мои пальцы впились в ее кожу.

– Эли…

Она уперла руку в матрас за моей головой и облокотилась на нее; ее сиськи оказались в опасной близости от моего рта.

– А почему бы нам не снять сегодня два видео? – сказала она низким, соблазнительным голосом. – Одно для фанатов, а другое только для нас.

– Только если первым мы снимем видео для фанатов, – заявил я. – Не думаю, что твой наряд переживет то, что я сейчас хочу с ним сделать.

Она тихо выдохнула.

– Тогда можем мы снять его побыстрее? Мне кажется, я умру, если ты сейчас же не окажешься во мне.

Последние капли моего самообладания помахали мне ручкой и канули в чертово небытие. Как, мать твою, я мог сосредоточиться, когда она говорила мне такие вещи? Очевидно, никак. Я должен был понять, что битва проиграна, как только увидел ее в этой крошечной юбочке. А что у нее, кстати, под ней?

Я отпустил ее бедро и приподнял подол. Я чуть не задохнулся, когда не увидел ничего. Потом сорвал с себя маску, чтобы удостовериться. И нет, на ней не было нижнего белья.

– Эли, – прошептал я в отчаянии.

– М-м-м-м? – протянула она, воспользовавшись своей вновь приобретенной свободой, чтобы насесть бедрами на мой обтянутый джинсой стояк.

К черту! Какая разница, в каком порядке мы их снимем? Уверен, мы могли подобрать другой наряд, если этот не переживет ближайшие несколько минут.

С громким треском я разодрал чулки у нее между ног.

Она за долю секунды расстегнула мне ширинку. Потом поднялась, отшвырнув нож куда-то назад, подальше от нас, а потом запустила руку вниз и направила мой член прямо в свою дырочку.

Я вытянул руку и сорвал с нее маску, когда вошел в нее. Мне хотелось смотреть на ее лицо в этот момент – хотелось видеть, как у нее размыкаются губы и расширяются зрачки, пока я все глубже ее трахаю. Она меня не разочаровала и сладко ахнула, когда я взял ее за бедра и опустил вниз, насаживая ее по всей длине. Когда она, наконец, уселась, я сделал паузу – ей как будто нужно было время, чтобы привыкнуть к моему вторжению, чтобы просто вздохнуть на мне.

К черту!

– Быстрее, – нетерпеливо сказал я. – Хочу посмотреть, как прыгают твои сиськи, пока ты скачешь на мне.

Она взяла свои груди в руки, размазывая по ним фальшивую кровь.

– Эти сиськи?

Я кивнул и приподнял бедра, потому что, если она не хотела ускоряться, это сделаю я.

Она запрокинула голову, поигрывая с грудями. Ее соски затвердели, когда она провела по ним пальцами. Я снова в нее забурился, и она начала двигаться – она водила бедрами, ее киска уже сжимала мой член, такая влажная, приятная и моя. Весь мой тщательно продуманный план действий вылетел в окошко. Довольно часто во время секса я брал контроль в свои руки – подсказывал ей, что делать, с помощью слов или движений. Но прямо сейчас мне хотелось просто чувствовать ее, смотреть на нее и упиваться мыслью, что я проведу с ней весь остаток жизни: буду смешить ее, доводить до оргазма, защищать, окружать вниманием и боготворить, как и должно поступать с богинями.