Ее глаза вспыхнули. Не злостью от того, что ей указывают, а предвкушением. Она развернулась на каблуках, махнув юбкой – боже, эта задница, – и зашагала по гостиной. Я последовал за ней, тяжело ступая ботинками по деревянным половицам: адреналин разгонял мое сердцебиение, член распирало от похоти. За последние несколько недель я выдумал тысячу сценариев, как официально представить Эли своим подписчикам, но остановился на одном, который, по моему мнению, должен был произвести наибольший эффект. А теперь мне не терпелось поскорее снять это видео, потому что ее наряд творил со мной страшное. Страшное, развращающее и растлевающее.

Я не потянулся к ней и не схватил за волосы лишь по единственной причине – боялся испортить ее роскошные локоны. Точно так же я не стал валить ее на пол, потому что очень тяжело отмывать ковер от фальшивой крови. К счастью, мы перевезли мою старую кровать в ее гостевую комнату и застелили ее черным постельным бельем. У нас даже был чехол для матраса, потому что сейчас мы не впервые собирались кувыркаться на ней, обмазанные всякой дрянью. Где-то месяц назад Эли вернулась домой во время съемок моего очередного видео: стоило ей все это увидеть, она набросилась на меня, как дикий зверь.

Она толкнула дверь в комнату, и из нее полился красный свет, очертив ее силуэт алым контуром. Она неуверенно шагнула внутрь, и ее спина напряглась, когда она увидела выстроенные мной декорации. Хотя мы уже занимались этим месяцами и я ни разу не сделал ничего, что могло бы подорвать ее доверие, Эли ничего не могла сделать с этими внезапными всплесками инстинктивного страха, когда ее рептильный мозг предупреждал ее об опасности. А я уже давно перестал подавлять в себе удовольствие от созерцания этих всплесков.

Да, был долбанутым, но теперь я хотя бы это принял.

Эли выдохнула, расправила плечи и зашла внутрь. Я проследовал за ней и закрыл дверь. У Фреда были мощные легкие, и я не хотел, чтобы мой микрофон уловил его истошный вой, если он проснется в паршивом настроении.

– Чего ты от меня хочешь? – спросила Эли.

Я остановился как вкопанный и чуть не выпалил: «Чтобы ты встала на колени и открыла рот, как хорошая девочка». Но тут я понял, что она спрашивает о том, как именно я хочу снять ее на видео.

– Стой на месте, – сказал я и направился к шкафу напротив нее. – Для начала у меня для тебя сюрприз.

Она со стоном закатила глаза.

– Хороший сюрприз или плохой?

Я с оскорбленным видом повернулся к ней.

– А мои сюрпризы бывали плохими?

Эли подняла руку, и почему-то я сразу почувствовал, что попал в ловушку.

– Я уж думала, ты никогда не спросишь. – Она начала загибать пальцы. – Тот раз, когда ты вломился в мой дом и я подумала, что меня сейчас зарежет серийный убийца. Тот раз, когда ты поставил в моей комнате камеру и я подумала, что кончу на порносайте злобных бывших. Тот раз, когда ты прислал мне безбожное количество лилий, которые токсичны для котов. Тот раз, когда ты пытался отравить меня недожаренными яйцами и…

Я достал свой сюрприз из шкафа и запустил им в нее. Да, может, я ухаживал за ней не очень вменяемо, но все же в итоге получилось, правда?

Она поймала предмет в воздухе.

– Что это… О. – Ее выражение смягчилось, когда она подняла на меня глаза. – Ты сделал мне собственную маску?

Я кивнул.

– Мне пришлось снимать мерки лица во сне, а ты постоянно вертелась, так что она может подойти не идеально. Но пока что сойдет.

Уголки ее губ приподнялись в улыбке.

– Так стремно, но так мило.

Я уже открыл рот, чтобы съязвить в ответ, но она натянула маску – уменьшенную, не столь агрессивную версию моей, – и да, мой кинк на маски работал в обе стороны. Или это был ее кинк? Я так и не смог разобраться.

– О, вау, – сказала она немного приглушенным голосом. – В этой штуке все действительно отлично видно.

Я ничего не ответил – просто стоял перед ней, любовался и в миллионный раз задавался вопросом, как это мне так повезло. Это потрясающее существо согласилось выйти за меня. Даже в самых диких мечтах я никогда не представлял себя счастливо женатым. Не с моим прошлым, не с моим вынужденным отшельничеством, вызванным незримым присутствием отца. Но потом в моей жизни появилась Эли и показала мне, что пришло время избавиться от страха. Она научила меня доверять себе и иногда давать свободу своей темной стороне, не предаваясь бесконечному анализу своих желаний. Мне нравилось то, что нравилось, и ничего страшного в этом не было. Особенно потому, что ей это нравилось тоже.

Как будто угадав направление моих мыслей, она склонила голову набок, но из-за маски этот жест показался скорее зловещим, чем вопросительным. Мой член еще сильнее закаменел – стояк был уже такой, что было почти больно. Не хватало только ножа для того, чтобы она превратилась во влажную мечту любого фаната хорроров.

– Малыш? Ты там в порядке? – спросила она.