— Николо работает с Вито Санторо. Думаю, они прячутся в доме Вито в Риеке9. — Она достает из кармана листок бумаги. — Этот адрес – моя плата за то, что мы выйдем из мафии.

Я беру у нее адрес, бегло просматриваю его и передаю Массимо.

— Отправь людей в Хорватию. Я хочу, чтобы за этим домом постоянно следили.

Он кивает и достает из кармана телефон, чтобы позвонить.

Я ставлю пистолет на предохранитель и снова смотрю на Джаду.

— Я оставляю здесь нескольких своих людей на случай, если Николо вернется.

— Мы с Лилианой поедем в отель, — отвечает она. — Я не хочу быть здесь, если он вернется.

Я не отрываю от нее взгляда и приказываю:

— Не уезжайте из Италии, пока я не убью Николо.

Она кивает, обнимая дочь.

Я бросаю взгляд на Данте.

— Пусть люди присмотрят за Джадой и Лилианой и оставь нескольких мужчин здесь, в особняке.

— Да, босс.

Развернувшись и направляясь к Хейвен, я говорю:

— Массимо, пожалуйста, отвези Дакоту обратно к моей матери. — Останавливаясь перед женой, я говорю ее матери: — Мне нужно провести с Хейвен несколько дней, так что она не будет навещать тебя. Надеюсь, ты понимаешь.

Дакота кивает.

— Конечно. Уверена, вам есть о чем поговорить. — Она обнимает Хейвен. — Я тебе позвоню.

— Хорошо. Люблю тебя, мам.

— Я тоже люблю тебя, милая.

Когда они отстраняются друг от друга, я беру Хейвен за руку и вывожу ее из особняка.

Как только мы остаемся в Порше одни и я выезжаю за ворота, она говорит:

— Спасибо, что выслушал тетю Джаду и Лилиану. — Она снова кладет руку мне на бедро, и я чувствую, что могу к этому привыкнуть. — И за то, что позволил Лучано вернуться.

Я лишь киваю, ощущая сильное желание побыть наедине с Хейвен в нашем доме.

Мне так много хочется рассказать ей о Диего и мистере и миссис Мессина.

Мои мысли возвращаются к Николо и Вито, и я чувствую, как гнев закипает в моей груди.

Честно говоря, Вито меня больше не интересует.

Я просто хочу прикончить Николо.

Я достаю телефон из кармана, подключаю его к Порше и набираю номер Массимо. Он отвечает почти сразу.

— Что случилось?

— Как только отвезешь Дакоту домой, подготовь частный самолет. Мне нужна команда из наших лучших людей, особенно Данте, Рикко и Маттиа. Послезавтра мы летим в Хорватию.

— Ладно. Как ты держишься?

Мои руки крепче сжимают руль, и, избегая правды, я отвечаю:

— Мне просто нужно время, чтобы все обдумать.

— Хочешь, я приеду?

— Нет, все в порядке, — отвечает за меня Хейвен. — Я позабочусь о Лео.

Он на мгновение замолкает, а затем говорит:

— Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится.

— Спасибо, Массимо.

Я нажимаю на экран, завершая звонок, а затем смотрю на Хейвен.

— Ты хочешь позаботиться обо мне?

— Да. — В ее голосе слышатся собственнические нотки, которые мне ужасно нравятся. — Ты ведь мой муж.

Лео

Когда мы переступаем порог, я направляюсь прямиком к столику в гостиной, чтобы налить себе выпить.

Как только я делаю глоток виски, Хейвен хватает мой пистолет. Мое тело напрягается, когда она достает его из-за пояса моих брюк, и я жду, что она сделает.

Она протягивает руку мимо меня и кладет его на приставной столик.

Я медленно выдыхаю, и когда она обнимает меня сзади, прижимаясь щекой к моей спине, мое тело мгновенно расслабляется.

Я закрываю глаза и наслаждаюсь этим невероятным ощущением – быть в объятиях женщины, которую люблю.

Женщины, которую я люблю.

— Какой я была в детстве? — спрашивает она.

— Ты была ураганом энергии, — шепчу я, и уголок моего рта приподнимается в грустной улыбке. — Cazzo, ты никогда не делала то, что тебе говорили, и сводила свою мать с ума.

— Да?

— Всякий раз, когда я приезжал, мне всегда приходилось уделять тебе столько внимания, сколько ты хотела, прежде чем я мог провести время с Диего.

Хейвен проводит рукой по моему прессу, а затем кладет ладонь на мое сердце и обнимает меня еще крепче.

Я ставлю стакан и накрываю ее руку своей. Глядя на океан, я даю волю воспоминаниям, которые так долго старался подавить.

— Я был там в тот день, когда миссис Мессина привезла тебя домой из роддома. Тебе потребовался час, чтобы уснуть, поэтому я катал твою коляску туда-сюда по коридору.

— Мне до сих пор требуется час, чтобы уснуть, — шепчет она.

Моя грустная улыбка на мгновение становится шире, и я поглаживаю ее руку.