Воздух словно гудит от нашего сильного влечения друг к другу.

Мой голос звучит тихо и властно, когда я говорю:

— Раздевайся, principessa.

Я мучаю себя медленными поглаживаниями, наблюдая, как она стягивает футболку через голову. Она расстегивает лифчик, и мой взгляд жадно устремляется на ее грудь. Я любуюсь ее животом, а когда она стягивает трусики и джинсы, мне приходится сжать основание своего члена, чтобы не кончить от одного только вида ее киски.

Охрипшим голосом я говорю:

— Умоляй, и я заставлю тебя кончить, пока ты не забудешь свое имя и не начнешь выкрикивать мое.

Вместо того чтобы произнести слова, которые я хочу услышать больше всего на свете, Хейвен подходит ближе и встает под струи вместе со мной.

Она ничего не говорит, берет гель для душа и выдавливает немного себе на ладонь.

Когда она начинает мыть мою грудь, я убираю руку с члена. Мое отчаяние по отношению к ней перерастает в нестерпимую, неутолимую жажду, когда я наблюдаю, как ее руки скользят по мне.

Ее пальцы проводят по линиям моих бедер и игриво касаются чувствительной кожи рядом с моим стояком. Затем она поднимает на меня глаза и опускается на колени.

Cazzo.

Я завороженно смотрю на Хейвен, когда ее рука обхватывает мой член, а когда ее губы приоткрываются, мое дыхание перехватывает.

Она обхватывает меня губами, заглатывая лишь несколько дюймов. Сжимая мой член, она поглаживает меня и усердно сосет, словно точно знает, как именно мне нравится.

— Christo, principessa, — шиплю я, сжимая ее мокрые волосы. Я так возбужден из-за нее, что ей достаточно несколько раз качнуть головой, чтобы мои яйца напряглись. — Отойди.

Вместо того чтобы послушаться, Хейвен заглатывает меня целиком, и я кончаю.

Удовольствие пронзает мое тело, и я тихо шиплю, когда дергаюсь в ее горячем рту.

Достигнув пика, я наклоняюсь и рывком поднимаю ее на ноги. Мой рот жадно впивается в ее губы, чтобы почувствовать свой вкус на ее языке.

Я вслепую тянусь к кранам, выключая их.

Ладони Хейвен скользят по моей груди. Когда она обвивает мою шею и прижимается ко мне своим мокрым обнаженным телом, я больше не могу сдерживаться.

Мои поцелуи становятся отчаянными, а зубы нежно покусывают ее губы, подбородок и шею.

— Пожалуйста, Лео, — задыхается она. — Я так сильно хочу тебя. Пожалуйста, займись со мной любовью.

Услышав, как она наконец умоляет, я полностью теряю над собой контроль. Миллион мужчин не смогут помешать мне трахнуть ее сегодня ночью.

Хейвен

Мне следовало подождать, пока мы обсохнем, прежде чем сдаться и начать умолять.

Лео, видимо, вообще не волнует, что мы мокрые. Он прижимает меня к себе, одной рукой подхватывая и перенося на кровать. Мои ноги едва касаются пола, и я осознаю, насколько он силен, раз несет меня одной рукой.

— Мы ведь мокрые, — бормочу я Лео в губы, пока он целует меня так, словно умрет, если остановится.

— Плевать, — ворчит он, опуская меня на черное покрывало на своей кровати.

Опираясь одной рукой рядом со мной, он ласкает и сосет мою кожу, спускаясь к груди. Лео массирует мою правую грудь и покусывает сосок, прежде чем его язык смягчает жжение.

Я кладу руки ему на грудь, мои ладони скользят по его влажной коже, и видеть, как капли стекают по его грудным мышцам и прессу – все равно что смотреть порно.

Он прокладывает дорожку из поцелуев к моему животу, и, похоже, наслаждается ощущением моей кожи на своих губах. Его пальцы медленно скользят по завиткам между моих ног, затем он раздвигает меня и очень нежно ласкает мой клитор.

— Еще, — стону я, выгибая спину.

— Терпение, — шепчет он у моей разгоряченной сердцевины, посылая мурашки по всему телу.

— Ты достаточно мучил меня последние две недели, — жалуюсь я.

— Это все твоя вина, principessa. Я был готов трахнуть тебя в тот момент, когда увидел в том обтягивающем розовом платье на вечеринке.

— Ну так трахни меня! — Я начинаю приподниматься, но Лео наваливается на меня, прижимая обратно к кровати.

Он обхватывает мои ладони, прижимает их над головой одной рукой, а другую снова опускает к моему клитору.

Качая головой, он рычит:

— В постели ты не можешь выдвигать требования. Здесь правила устанавливаю я.

О Боже. Это так сексуально.

С полуопущенными ресницами и голодным выражением лица он выглядит прямо-таки хищным.

Он продолжает легонько водить пальцем по моему комочку нервов, наблюдая, как учащается мое дыхание.

Я снова начинаю умолять.

— Сильнее, пожалуйста.