– Кажется, я слышала, как Анджело выстрелил в человека, – как раз перед тем, как положить трубку.

Тини облегченно вздыхает, а потом бормочет:

– Вот что случается, когда крадешь у босса.

Я обхватываю себя руками за талию и, опустив голову, закрываю глаза.

Не думаю, что когда-нибудь смогу привыкнуть к насилию в «Коза Ностре».

Срань господня!

Пока Большой Рикки и Эдди избавляются от тела, я сажусь за свой стол, провожу рукой по лицу и сердито фыркаю. Я не хотел так резко говорить с Витторией, но она позвонила в самое неподходящее время.

Она была чертовски напугана.

Я качаю головой, размышляя, что мне сделать, чтобы Виттория не боялась меня до чертиков.

Большой Рикки возвращается в кабинет:

– Что мне сделать с таблетками?

– Смой их в унитаз, – бормочу я.

Джекс – один из наших барменов – украл две тысячи долларов и купил на них таблетки. Это было глупо с его стороны.

Как я уже говорил, я не имею привычки давать людям второй шанс.

Я возвращаюсь мыслями к Виттории и к тому, как напугана она была, когда мы говорили по телефону.

У меня никогда раньше не было постоянных отношений с женщинами, так что сейчас я нахожусь в незнакомых водах.

Господи, самые долгие отношения у меня с Тини и Большим Рикки! Но эти ребята прочные, как гвозди, так что об их чувствах можно не беспокоиться.

Я смеюсь от этой нелепой мысли.

Теперь у меня пугливая лань в качестве жены, и как бы меня ни пьянила эта мысль, она меня еще и тревожит.

Мне нужно быть гораздо мягче по отношению к Виттории. Я не могу вести себя с ней так же, как со всеми остальными людьми в своей жизни.

Но, Господи, я совсем не отличаюсь мягкостью. Как же мне решить эту проблему?

– Ты выглядишь обеспокоенным, – произносит Большой Рикки, садясь напротив меня.

– Это все из-за семейной жизни, – вздыхаю я.

– Я могу говорить с тобой откровенно? – спрашивает Большой Рикки, приподнимая брови.

Я жестом прошу его продолжать.

– Ты чуть не откусил Виттории голову, когда она тебе позвонила. Тебе стоит перед ней извиниться.

Я фыркаю, но, увидев, что Большой Рикки говорит серьезно, хмурюсь.

– Не убивай меня, но я и правда думаю, что тебе нужно быть с ней помягче, – с ухмылкой советует мне Большой Рикки.

Я прищуриваюсь:

– Помягче? Мне?!

Он кивает:

– Это здесь ты босс, а дома ты ее муж. Она не твоя подчиненная.

Я усмехаюсь и качаю головой:

– Если я буду с ней слишком мягким, она сядет мне на шею.

– Не сядет. Но если ты будешь с ней слишком строгим, она никогда тебя не полюбит.

Его слова бьют меня прямо в сердце.

– Послушай, – Большой Рикки придвигается ближе к столу и смотрит мне прямо в глаза, – ты выбрал эту девушку из-за ее доброты и невинности. Не заставляй ее становиться жестокой. Если ты не хочешь, чтобы она изменилась, ты должен сделать так, чтобы она чувствовала себя рядом с тобой в безопасности.

– С каких это пор ты даешь такие хорошие советы по поводу отношений?

Большой Рикки откидывается в кресле и с улыбкой отвечает:

– Я научился, как обращаться с женщинами, из романтических фильмов.

Я разражаюсь смехом, что бывает очень редко. Затем встаю и киваю в сторону двери:

– Пойдем, нам пора в ресторан.

Я решил приложить усилия ради нашего брака, поэтому прихожу домой в пять вечера, чтобы мы с Витторией могли получше узнать друг друга.

Не найдя ее в гостиной, я направляюсь в главную спальню, но ее нет и там.

Я быстро принимаю душ, переодеваюсь в спортивные брюки и футболку и отправляюсь на поиски своей жены.

Моей жены.

На лице у меня появляется улыбка, а когда я подхожу к кухне, меня окутывает восхитительный аромат.

Боже, как вкусно пахнет!

Тини сидит у кухонного островка, а Виттория стоит у плиты спиной ко мне.

Я прижимаю указательный палец к губам, жестом показывая Тини, чтобы он молчал, и быстро выхожу из кухни.

– Я вернусь через секунду, – слышу я слова Тини, и через минуту он присоединяется ко мне в гостиной.

– Как она? – спрашиваю я.

Тини качает головой:

– Это был тяжелый день. Она на взводе после вашего телефонного разговора и отказывается даже доставать новый телефон из коробки.

– Я с этим разберусь. – Я наклоняю голову в сторону входной двери. – Ты можешь идти.

Кивнув, Тини уходит, а я возвращаюсь на кухню. Прислонившись плечом к стене и скрестив руки на груди, я наблюдаю, как Виттория осторожно пробует соус.

– Идеально, – шепчет она с легкой улыбкой.

Оттолкнувшись от стены, направляюсь к ней, и в тот момент, когда я подхожу к Виттории сзади, она поворачивается ко мне боком.

С леденящим кровь криком Виттория пытается уклониться от меня вправо и теряет равновесие.