Скарлетт напряглась. Зачерпнула горсть песка и позволила песчинкам течь сквозь пальцы.
– Каллан и я… Мы… – Девушка не знала, как объяснить отношения с принцем, и не представляла, возможно ли это. – У нас с Калланом никогда не было совместного будущего. Это долгая история, для которой сейчас неподходящее время, но мне кажется, что когда-то я его любила. А может, до сих пор люблю. Или мне нравится сама мысль о нем. О мужчине, который принимает меня такой, какая я есть, и не ждет в ответ ничего, кроме любви. Но он… такие отношения не для Каллана. Он наследный принц. Его спутница жизни должна стать королевой.
– Ты не хочешь быть королевой? – тихо спросил Сорин. – Большинство местных женщин только об этом и мечтают.
– Быть королевой – значит попасть в очередную клетку. Выбравшись из одной, я бы тут же угодила в другую.
Они немного помолчали, потом Сорин сказал:
– Он любит тебя. – Это было утверждение, а не вопрос.
Скарлетт судорожно сглотнула.
– Он так думает. Я – побег из его собственной клетки.
– Нури сказала… Ходят слухи, что ты почти год была его любовницей, – произнес Сорин жестким тоном, и Скарлетт повернулась к нему. Его руки были сцеплены в кулаки, на нее он не смотрел.
– Была, – подтвердила она. – Мы стали друг для друга спасением.
– А три недели назад?
Скарлетт сжала челюсти.
– Три недели назад я была куском дерьма, использовала его, играла на его чувствах, чтобы получить информацию о том, что творится в Черном синдикате. – Сорин уставился на нее. – Я же говорила, что могу быть очень убедительной, когда мне это нужно.
На этот раз тишина была настолько глубокой, что Скарлетт стало любопытно, что Сорин о ней думает теперь, когда ему открылись некоторые из ее самых темных черт и самых отвратительных качеств.
– А за весь последний год, что вы были порознь? – произнес Сорин нейтральным тоном. – Разве он не пытался тебя разыскать?
– Нет, – мрачно ответила она.
– Ты не думаешь, что у вас может что-то получиться?
Она вздохнула.
– Каллан считает, что какие бы препятствия перед нами ни стояли, мы сумеем их преодолеть, но ничто не отменит того факта, что он – будущий король. Я бы предпочла одиночество принудительной привязи к трону, так что нет, не думаю, что у нас что-то может получиться. Но от понимания этого уйти от него ничуть не легче.
Сорин повернулся и нежно поцеловал ее в лоб. Скарлетт нашла в этом жесте странное утешение.
– Повторяю еще раз: ты больше не одна, Скарлетт.
Она вздохнула.
– Пока да, но ведь ты говорил, что скоро возвращаешься домой.
Она отстранилась и судорожно сглотнула. Черт бы побрал вино, из-за которого она потеряла контроль над своими эмоциями. Подняв руку, она наблюдала, как песок просачивается сквозь пальцы и каскадом сыплется на пляж. Ее кожа сияла в лунном свете.
– Как твоя рука так быстро зажила несколько недель назад?
– Что? – не поняла Скарлетт.
Повернувшись, она увидела, что Сорин изучает ее предплечье. То самое, которое она рассекла о камень, когда застала Сорина за разговором с таинственной дамой.
– Рана была очень глубокой. Обычно в таких случаях остается шрам, но на твоей коже нет и следа.
Он осторожно потянулся к ее руке, чтобы осмотреть. От его прикосновения Скарлетт сглотнула.
– Я не знаю. Думаю, она исцелилась, пока я спала.
– Что?
– В моем сне той ночью был кто-то, кто исцелил рану.
– Кто? Как? – ахнул Сорин, глядя на нее округлившимися глазами. В них мелькнула паника или страх – в темноте было трудно понять наверняка. Прежде чем Скарлетт придумала объяснение, на нее волной нахлынула тошнота, и она рывком поднялась на ноги.
– Мне нужно вернуться, – объявила она, чувствуя, что мир начинает кружиться. Она не знала, вино ли тому причиной или необходимость принять отвар, но не хотела ждать, пока это выяснится.
– С тобой все в порядке? – спросил Сорин и быстро, как и подобает воину, осмотрел ее и оценил состояние.
– Сейчас раннее утро. Мне пора принять свое снадобье, – ответила Скарлетт, пытаясь удержаться на ногах.
Сорин поддержал ее.
– У тебя нет его с собой? – спросил он, бросая взгляд на ее облегающее платье.
– Есть, но в «Пирсе». В кармане плаща, – пояснила Скарлетт.
Спотыкаясь, она побрела к выходу из тайной пещеры, которую случайно нашла этой весной. Попасть в нее можно было только ночью во время отлива. В противном случае пришлось бы либо проплыть через проход, либо карабкаться на скалу и перебираться на другую сторону. Единственный, кого она когда-либо сюда приводила, был Кассиус, и, если совсем начистоту, это место они обнаружили вместе.
Сорин обнял ее рукой за талию и помог пройти через отверстие в скале. Вода поднималась и уже доходила Скарлетт до середины икры. Должно быть, времени прошло больше, чем она думала.