В комнате повисла тишина. От Сорина исходили ярость и паника, остальные едва осмеливались дышать, не говоря уж о том, чтобы пошевелиться.

– У нас не получится освободить ее без помощи Талвин, друг мой, и тебе это известно. Я могу сопроводить в Подводную тюрьму, но ключ к камерам – кровь королевы, – медленно произнес Брайар.

– Еще раз повторяю: я не собираюсь выпускать Чародейку на волю. Мне всего-навсего требуется, чтобы она создала заклинание.

– В таком случае отправляйся к ведьмам. Обратись к Хейзел, – спокойно произнес Рейнер, прислонившийся к стене у балкона.

– Ведьмы не практикуют магию крови, поэтому их заклинания не помогут, иначе я обратился бы Беатрикс. Нет, подобное только Чародейке под силу. И ты это знаешь, Брайар. Прошу тебя!

Чем дольше они обсуждают сложившуюся ситуацию, тем больше у Микейла шансов обнаружить Скарлетт, если она действительно находится в землях смертных.

Судя по виду, Брайар не верил своим ушам. Покачав головой, он предостерег:

– Не вздумай ничего обещать Чародейке, а тем более давать. Мы поговорим с ней, посмотрим, что она скажет, и все на этом.

– Хорошо. Согласен. Да, – с облегчением воскликнул Сорин.

За спиной Брайара появился водный портал, и оба принца шагнули через него прямиком в Подводную тюрьму. За окнами Сорин видел проплывающих мимо русалок-охранников. Брайар быстро шагал по лабиринту коридоров, спускаясь в самые глубины. Ни он, ни Сорин не произносили ни слова. Магию нельзя использовать дальше того места, куда они вошли, – такова была дополнительная мера для безопасности заключенных.

Сорин бывал в Подводной тюрьме всего несколько раз, сопровождая Элине́, когда ей требовалось поговорить с обитателями камер. Он не имел ни малейшего представления, сколько там содержится заключенных, и никогда не интересовался причинами заточения. Ему было достаточно знать, что сюда отправляют самых отпетых смертоносных существ, если удается поймать их. Попав в камеру, они навсегда прощались со свободой.

Брайар остановился у лестницы.

– Эти ступени ведут к камере Чародейки. Она единственная на этом уровне. Ты абсолютно уверен в том, что собираешься сделать, Сорин? – Брайар положил руку ему на плечо, выражая очевидное беспокойство.

– Да, – подтвердил Сорин. – Скарлетт того стоит, Брайар.

– Ничего не давай Чародейке, – напомнил тот еще раз, поворачиваясь и начиная спуск.

Короткая, всего в двадцать или тридцать ступенек, лестница привела к камере, прутья которой были сделаны из ширастоуна, добытого в Ширских скалах во Дворе Ветра. Такое ограждение невосприимчиво к магии и смертельно опасно для ее обладателей. В углу камеры, подтянув согнутые ноги к груди и обхватив их руками, уткнувшись в колени лбом, сидела худая женщина. Ее черные волосы рассыпались по плечам, как покрывало цвета полуночного неба. На ней была простая бежевая сорочка, но и она разительно выделялась на фоне чрезвычайно бледной кожи.

Услышав приближающиеся шаги, Чародейка медленно подняла голову и уставилась на принцев своими фиалковыми глазами. Уголок ее рта дернулся, голова с любопытством склонилась набок.

– Посетители? Как неожиданно. – Ее голос был ровным и плавным, очень интеллигентным, но с нотками безумия. Чародейка изучала пришедших, медленно переводя взгляд с одного на другого. – Принц Огня и принц Воды и Льда. – Оттолкнувшись от каменного пола, женщина поднялась на ноги, подобно гигантской змее. – Вы не носили эти титулы, когда я в последний раз принимала гостей, другие занимали троны, на которых вы сидите сейчас.

Чародейка подошла к решетке камеры и подняла руки, точно собираясь обхватить принцев своими длинными пальцами, но резко остановилась, вспомнив, из чего эти прутья сделаны. Она глубоко вдохнула, как будто напитываясь свежим воздухом, и прикрыла веки.

– Ах, какой силой ты обладаешь. И все же, принц Огня, в твоей крови есть что-то еще. Слабое, но есть. – Уставившись на него, она улыбнулась шире.

– Я здесь не для того, чтобы обсуждать свою силу или силу принца Воды, – Сорин выступил вперед, обретя наконец дар речи.

– Что же в таком случае вы хотите обсудить, Ваше Высочество? – промурлыкала Чародейка.

– Мне нужен твой… опыт, – осторожно ответил он.

– У меня отняли силу, когда заточили в эту ненавистную клетку. Ты, конечно, знаешь об этом?

Это была чистая правда. Авонлейцы использовали древнюю магию крови, чтобы лишить Чародейку ее сверхъестественных способностей и передать их другим, создав две новые расы – оборотней и ведьм.

– Да, но твои знания по-прежнему при тебе, – заметил Сорин, подходя на шаг ближе.

Теперь Чародейка улыбалась во весь рот.

– Это так. Что тебе от меня нужно, принц?

– Заклинание, которое перенесло бы меня и еще двоих в земли смертных и вернуло обратно.

– Неужели за этими стенами больше не осталось лошадей? Да и ноги твои, судя по виду, прекрасно работают. Если постараешься, сможешь дойти пешком, – жеманно ответила она.