Нахмурившись, Скарлетт глянула на Каллана и продолжила идти в молчании. Опускающийся большими пушистыми хлопьями снег оседал на выбившихся из-под капюшона прядях, рассыпавшихся по плечам.

– Ты готов вернуться в Бейлорин, – вдруг чуть слышно заметила она. Это было утверждение, а не вопрос.

– С чего ты решила? – опешил Каллан, протягивая руку и снимая с ее волос снежинку, которая мгновенно растаяла на кончиках его пальцев.

– Это же очевидно, – ответила Скарлетт, пожав плечами. – Длительные отлучки хороши в теории, но в реальности… – Она опять пожала плечами и одарила его понимающей улыбкой.

Скарлетт не ошиблась. Месяц-другой, проведенные вдали от своего двора, были как глоток свежего воздуха, но постепенно игра в гостя начала Каллану надоедать. Он действительно был готов возвратиться домой. Пытаясь оправдать свое затянувшееся отсутствие, он еженедельно отправлял отцу письма, но терпение венценосного родителя было на исходе.

– А ты? Ты разве не готова вернуться?

Скарлетт слегка напряглась от такого вопроса, ее тени дрогнули.

– Вернуться-то я вернусь, но не уверена, что останусь в Бейлорине, – наконец протянула она.

– Что значит – не останешься? – потребовал ответа Каллан, резко останавливаясь.

Помолчав немного, она повернулась к нему лицом.

– Я сильно сомневаюсь, что могу там полностью быть собой.

– А здесь, выходит, можешь?

– Каллан, оглянись вокруг. Здесь повсюду магия. Никто и глазом не моргнет при виде моих теней, огня или воды. Во имя Сейлы, я же фейри! Моя сущность меняется в Виндонеле.

– А как же Кассиус? Нури? Сироты?

– Я же сказала, что вернусь, Каллан, – вздохнула девушка. – Но, когда все будет улажено, едва ли останусь.

– Ты имеешь в виду, что переберешься сюда.

– Если и так, то что?

Скрестив руки на груди, она принялась раздраженно притопывать ногой. И поза, и жест были ему хорошо знакомы. Он сотни раз видел, как она это делает, когда они гадали о том, что происходит в Черном синдикате.

– А как же я?

– Ты наследный принц. Тебе суждено взойти на престол и править. Для тебя ничего не изменится.

– Все уже изменилось, – возразил Каллан. – Без тебя все будет другим.

– Что изменит мое отсутствие? Ты наследный принц независимо от того, в Бейлорине я или нет. Ты – будущий король, – возразила Скарлетт.

– Но ты не станешь моей королевой! – воскликнул он и пожалел об этих словах, стоило им сорваться с губ. Поморщившись, он закрыл глаза.

Скарлетт замерла на месте, как умеют делать только фейри.

– Между нами все осталось по-прежнему.

– Ну еще бы! Ведь рядом с тобой постоянно ошивается принц Огня, – с горечью воскликнул он.

– Каллан, ничего не изменилось. Я не хочу быть королевой, сколькими бы разными способами мне ни предлагали. Не желаю быть прикованной к трону.

– Чем мой трон отличается от его?

Лицо Скарлетт ожесточилось.

– Разве ты видел, как я расхаживаю под ручку с Сорином? Или, быть может, замечал, что мы целуемся украдкой или ускользаем, стремясь побыть наедине? Неужели наше общение похоже на ухаживания тех, кто обручен?

– Вы живете в одних покоях, Скарлетт, – с укором возразил Каллан.

Она невесело фыркнула и, закатив глаза, насмешливо воскликнула:

– Ох уж эти твои аристократические понятия о приличиях! Знаешь ли ты, сколько ночей я спала рядом с Кассиусом в поместье Тинделл? А известно ли тебе, что Дрейк отнес меня в ванну в ту ночь, когда Микейл взял то, что хотел? Я делю покои с Сорином, потому что почти каждую ночь просыпаюсь от кошмаров, а он знает, как до меня достучаться, когда одолевают тени, огонь и лед. Я не буду извиняться за это. Не стану соблюдать нелепые приличия, которым нет места в моем мире, особенно после того, что я пережила.

Протиснувшись мимо него, она направилась обратно во дворец.

– Скарлетт, подожди! Прости меня, – позвал Каллан, поспешно бросаясь вдогонку.

Она приостановилась, позволив ему приблизиться.

– Перестань меня ждать, Каллан. Мы слишком разные. И миры, в которых живем, тоже.

– Я пытался, знаешь ли, – рассердился он. – После шести месяцев, в течение которых ты не приходила в мои покои. После шести месяцев отсутствия объяснений. После того ужина в поместье Тинделл, когда ты не удостоила меня и взглядом. Я пытался найти женщину, которую прельщает дворцовая жизнь и которая хотела бы стать моей королевой. Но ни одна из них… не говорила со мной так, будто я не принц. Ни одна не называла меня по имени и даже не помышляла обсуждать книги. Ни одна не знала ничего за пределами мира аристократов, в котором выросла. Ни одна не бросала мне вызов, как ты. Ни одна не побуждала меня захотеть стать лучшим человеком, лучшим правителем, как это делаешь ты.

Удивленно глядя на него, Скарлетт стояла совершенно неподвижно.

– Я… я же Дева Смерти, Каллан. Одна из Призраков Смерти Черного синдиката, так что наш союз с самого начала был обречен. Ты не можешь этого не понимать.

– Сколько бы ты мне это ни твердила, Скарлетт, я не верю. Мы бы со всем разобрались. Мы смогли бы это сделать.