Когда он возвращался к кровати, ему на глаза попались лежащие на шезлонге книги, которые Скарлетт принесла из библиотеки. Подняв верхнюю, он обнаружил, что она написана на незнакомом ему языке. Откуда они взялись? Вторая была на древнем языке и представляла собой книгу заклинаний, не похожую ни на одну из тех, что Сорин видел раньше. Содержащиеся в ней заклинания были невероятно сложными и характерными, скорее, для ведьмы.

Не успел он углубиться в чтение, как дверь купальни распахнулась, и появилась Скарлетт, одетая не в одну из своих ночных сорочек, а в рубашку Сорина. Она была ей велика, и он испытал первобытное удовлетворение от того, что она выбрала его одежду, окутала себя его запахом.

Подойдя к Сорину, она с ухмылкой забрала древнюю книгу у него из рук.

– Ох, и любопытный же ты!

– Ты можешь прочесть второй фолиант? – поинтересовался Сорин.

Он знал, что Скарлетт владеет древним языком, который пришел к ней естественно, без всякого обучения, но знакомы ли ей и другие, оставалось под вопросом.

– Пока нет, – ответила она, положив книгу заклинаний поверх другой, и направилась к кровати.

Слегка подув, Сорин высушил капающую с ее волос влагу, Скарлетт кивнула в знак благодарности и, затушив свечу со своей стороны кровати, забралась под одеяло.

– Ты знаешь, какой это язык?

– А ты?

– Нет, – ответил он, садясь на постель.

Она повернулась к нему лицом, подложив руку под щеку, и задумчиво произнесла:

– Кажется, он очень старый. Старше, чем древний язык.

– Ты собираешься его выучить? Как?

Скарлетт причмокнула.

– Откуда вдруг столь живой интерес к моим литературным пристрастиям, принц?

– О чем сегодня говорил Микейл? Он упомянул какой-то переулок и твоих сестер, – мягко спросил Сорин.

В темноте он с трудом смог разглядеть ее лицо, которое вдруг превратилось в непроницаемую маску. Она поджала губы.

– Это история для другого раза.

При этих словах у него сжалось сердце. Стена. Она возвела между ними стену. Он этого ожидал, но услышать подтверждение…

– Скарлетт, – начал было он.

– На сегодня достаточно, Сорин. Я не в состоянии ничего больше делать, – тихо сказала она. В ее тоне слышалась настороженность. – И завтра на тренировку не пойду.

– Я отправил сообщения Сайрусу, Рейнеру и Элизе. Если кто-то из них заявится в наши покои до полудня, твои тени сбросят его или ее с балкона.

– Мм, – протянула она. – Ты стал моим фаворитом не без причины.

Сорин протянул руку и провел пальцем по ее щеке. Глубоко вздохнув, Скарлетт прошептала:

– Я скучала по тебе.

Прежде чем он успел ответить, ее дыхание сделалось более глубоким, и она уснула.

– Спокойной ночи, – прощебетала Скарлетт, берясь за дверную ручку.

– До следующей недели? – уточнил Финн из-за стола, за которым они играли в карты.

– Это постоянное еженедельное приглашение на ужин?

– А ты бы такое приняла? – не преминул спросить стоящий рядом с ней Каллан.

– Тогда до следующей недели, – с улыбкой согласилась Скарлетт и, бесшумно выйдя из комнаты, направилась к мостам, но свернула в боковой коридор, не дойдя до главного атриума.

Всю прошлую неделю она исследовала эту часть дворца и обнаружила небольшой шкаф, которым никто не пользовался. Юркнув внутрь, она принялась открывать коробки: из нижней достала штаны, тунику и куртку, спрятанные там несколько дней назад.

Действуя бесшумно, как призрак, Скарлетт сняла бледно-зеленое платье, в котором была на ужине, и глубоко вздохнув, натянула припрятанную одежду. Это был не ее обычный костюм невидимки, но наряд, почти идентичный униформе Элизы, которую та частенько носила на территории дворца.

Протянув руку в самый дальний угол шкафа, Скарлетт сдернула старую простыню с веников и швабры. За ними было спрятано оружие, которое она принялась пристегивать к своему телу, руководствуясь исключительно мышечной памятью. В одни ножны вместо кинжала она запихнула три свечи и спички. Затем заплела волосы и накинула на плечи легкий плащ.

Всю неделю Скарлетт наблюдала за стражниками: выучила их расписание, узнала, какие места они оставляют без внимания. Они докладывали Сорину обо всех необычных перемещениях и, если бы ее заметили идущей в библиотеку в поздний час, ему бы непременно сообщили.

Поэтому ее не увидят.

Она пока была не готова поделиться с ним своими теориями. Прежде нужно получить доказательства, собрать воедино все кусочки головоломки.

В ее мире совпадений не бывает. Она на собственном опыте убедилась, что все взаимосвязано. И она сама находится в треклятом центре всего этого.