Она издала смешок, который перешел в нелепое хихиканье, но не такой смешной, как мысль о том, что все эти гребаные Наследники считают себя выше других.

Потомки богов.

Как далеко они должны зайти в своем происхождении, чтобы хотя бы приблизиться к одному из богов?

Вероятно, они были куда более ближе к смертным. Ведь изначальные Наследники были наполовину богами, наполовину смертными.

Наследники воображали себя богами в Девраме, а на самом деле?

У них есть лишь малая толика той силы магии, от которой они произошли, даже если они стратегически организовывали браки для укрепления родословных.

— Теперь ты выпиваешь за пределами вестибюля отеля? Неужели твои братья не смогут найти тебя здесь?

Тесса чуть не подавилась глотком, который только что отхлебнула из бутылки. Она обернулась и увидела Тристина, который стоял в стороне, прислонившись к стене, попыхивая сигаретой. На нем надеты все те же джинсы и рубашка, хотя к своему наряду он добавил куртку.

— О, он определенно найдет меня здесь, — ответила она с кокетливой улыбкой, бочком подходя к нему.

Он сделал еще одну затяжку и понимающе улыбнулся ей.

— Они тебе не братья.

Ее улыбка дрогнула.

— Нет, не братья.

— С тобой все в порядке? Они не… пристают к тебе или что-то в этом роде? Верно? — спросил Тристин, внимательно наблюдая за ней.

— О боги, нет, — ответила Тесса, ее глаза расширились. — Я в порядке. Клянусь. Это… сложно.

В данный момент у нее не было особого желания объяснять смертному внутреннюю работу общества Наследия.

— Это кажется более чем сложно, — сказал он, протягивая ей сигарету.

Она взяла ее с застенчивой улыбкой.

— Я не курю, — сказала она, зажав сигарету между пальцами и держа ее подальше от себя.

— Это усыпляющий лист, — пояснил он. — Совершенно натуральный и успокаивает нервы.

— Ты хочешь сказать, что я выгляжу встревоженной? — спросила она, изучая самокрутку в своей руке.

Затем она пожала плечами и глубоко затянулась, выпуская дым в ночь, потому что на данный момент ей все равно. Ее вообще больше ничего не волнует.

— Отношения с ними казались довольно напряженными, — сказал Тристин.

— Думаю, можно сказать, что они отвечают за мою безопасность.

— Что-то вроде телохранителей? — спросил он, приподняв бровь и забирая у нее листок.

— Что-то в этом роде.

Он наклонился вперед и заправил выбившуюся прядь волос ей за ухо.

— Логично. Ты определенно достаточно важная персона, чтобы нуждаться в трех телохранителях.

Она рассмеялась.

— Я самое далекое от важности существо.

Он задумчиво пробормотал что-то себе под нос, прежде чем спросить:

— Ты с кем-нибудь из них?

— Один хочет быть со мной, но нет. Я точно нет, — ответила она, делая еще один глоток из бутылки сердца агавы. — Как ты думаешь, они все еще готовят еду на кухне?

— Скорее всего, нет, — пожал плечами Тристин. — Ты голодна, Ярость?

Она нахмурила брови.

— Ярость?

Он подмигнул ей.

— Я стал свидетелем всего этого разговора в вестибюле. Он был зол. Ты же, однако, была полна ярости и достаточно безумна, чтобы подтолкнуть его еще больше.

— Я могу быть импульсивной, — пробормотала она, плотно скрестив руки, внезапно замерзнув. Бутылка сердца агавы покачивалась в ее пальцах.

— Нет ничего плохого в небольшом хаосе, — сказал он, снова пожимая плечами.

— Большинство с тобой не согласилось бы.

— Я не из большинства.

Она прочистила горло.

— Ну, я сейчас пью свой ужин, так что еда не помешает, — сказала она, приветственно наклоняя бутылку в его сторону.

— Держу пари, мы могли бы заказать пиццу с доставкой.

— Ты так думаешь?

Он снова пожал плечами.

— Я могу пойти спросить на стойке регистрации.

— Ты, возможно, настоящий ангел, Тристин.

— Определенно нет, — хихикнул он, поворачиваясь, чтобы направиться в вестибюль. — Ты пойдешь со мной или…?

— Вообще-то, пока ты этим занимаешься, могу я одолжить твой телефон, чтобы быстро позвонить? Я оставила свой наверху, — поспешно добавила она.

— Конечно, но если ты остаешься здесь, тебе стоит взять и это, — сказал он, снимая куртку.

— Сердце агавы отлично согревает меня.

Он рассмеялся.

— Я уверен, что так и есть, но здесь прохладно.

Он протянул ей куртку, и она взяла, кивнув в знак благодарности. Тристин разблокировал свой телефон и протянул ей.

— Не убегай с ним, — сказал он с полуулыбкой.

— И в мыслях не было, — ответила она. — Ты слишком добр ко мне.

Она заметила, что он слегка нахмурился.

— Все, что я сделал, это поговорил с тобой и еще поделился усыпляющим листом