Что-то тенью пролетает над его чертами лица. Медленно он отпускает хватку на горле мужчины, и парень падает на землю, ударяясь коленями. Я вздыхаю с облегчением. Чувствую себя женщиной, которая может уговорить Халка, когда он злой и зелёный. Я не уверена, почему это разжигает ощущение тепла глубоко в животе, но это так.

Я глубоко вдыхаю, и боль в моём боку снова разгорается. Фордж хватает мою сумочку с земли и шагает ко мне.

— Ты в порядке? — требует он, но мой вопрос возникает в то же самое время.

— Что ты здесь делаешь?

Прежде чем кто-либо из нас может ответить, из-за угла поворачивают двое полицейских, за которыми следует Джульетта.

— Господи, Джерико. Теперь ты ещё ловишь преступников? — говорит Джульетта прямо за моей сестрой. — Я знаю, что ты мужчина со многими талантами, но это что-то новенькое.

Фордж даже не смотрит на неё. Его взгляд остаётся прикованным ко мне и моей ране.

— Нам нужно отвезти тебя в больницу.

— Я в порядке. Это всего лишь царапина. У меня было и хуже.

Выражение его лица темнеет, когда он осторожно притягивает меня к себе.

— Это больше не повторится. Я этого не допущу.

— Вот тот самый парень, — указывая на мужчину на земле, говорит Саммер полиции, идущей в нашу сторону.

Полиция движется к нему, когда он, спотыкаясь, встаёт на ноги. Они предъявляют обвинения, прежде чем он сможет сделать шаг, чтобы сбежать.

— Установите его личность, — приказывает Фордж. — Я хочу знать, кто он, чёрт возьми, такой.

— Сэр, нам нужно у всех вас взять показания, — говорит один из офицеров.

— Телохранитель моей жены даст показания, — отвечает Фордж, указывая на Кобу.

— Нам нужно поговорить и с вашей женой, — настаивает офицер.

— Она предоставит вам письменные показания, как и я. — Фордж обнимает меня рукой за плечи. — Сейчас ей нужна медицинская помощь, Сен-Тропе утратил для нас свою привлекательность.

— Я могу дать показания, — говорю я, но Фордж качает головой.

— Ты возвращаешься на яхту. — Он поворачивает меня к моей сестре и Джульетте. — Саммер, тебе нужна помощь с сумками?

Моя сестра качает головой.

— Я возьму их.

— Ты выронила это, Саммер, — говорит Джульетта, держа в руках крошечную коробочку с бикини, которое я купила в её магазине против своей воли. Моё нежелание покупать его кажется смешным перед лицом реальных проблем.

— Спасибо, Джульетта. Я определённо буду наслаждаться своей женой, что бы она ни купила.

Джульетта немного надувает губы.

— Здесь ты клялся, что никогда не женишься.

Всё моё тело напрягается.

— Только потому, что я ещё не встретил Инди.

Фордж отделывается от полиции впечатляюще быстро, потом обнимает меня и поднимает на руки.

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него. Наши губы близко друг к другу.

— Я могу ходить. Я не настолько ранена.

— Я больше не буду рисковать тобой.

— Инди, посмотри на свои колени. Дерьмо. — Саммер указывает на небольшие камушки, врезавшиеся в мою кожу, и мне сразу же становится больно.

— Спасибо, сис. Я не поняла, что…

Фордж делает шаг, с лёгкостью неся меня и обрывая на полуслове.

Толпа расступается перед ним, словно он Моисей в Красном море. Это безумно и впечатляюще, понятия не имею, как он это делает. Видимо, это всё его присутствие, авторитет и феромоны альфа-самца.

Саммер следует за нами обратно к пристани, где Голиаф уже ждёт в лодке. Как только он видит нас, вскакивает. Его глаза расширяются при виде крови на моей кофте и руках.

— Больница? — спрашивает он.

— Возвращаемся на яхту, — отвечает Фордж. — А затем готовимся отплывать на Ибицу.

— Да, сэр.

Голиаф протягивает руки, словно предлагая забрать меня у Форджа.

— Я могу сесть в лодку сама. Я не инвалид, — протестую я, прежде чем он передаст меня.

Фордж не отвечает и не принимает предложение Голиафа о помощи. Вместо этого он осторожно шагает в лодку и опускает меня в одно из белых кожаных кресел капитана. Фордж кладёт ладони на мои руки и опускает голову, его нос практически касается моего.

— Я только что сделал тебя мишенью для всего мира, я недостаточно хорошо тебя защищал. Это моя вина, я больше никогда не совершу подобную ошибку. Даю тебе слово. — Его твёрдый взгляд и торжественный тон вызывают мурашки по моей спине, когда он приносит свою клятву.

— С чего мне быть мишенью?

Фордж смотрит на меня, не отвечая в течение нескольких минут. Наконец, он говорит:

— У меня есть враги, а теперь и у тебя тоже.

— Какие враги?

— Мы обсудим это позже. Но я буду защищать тебя всеми возможными способами, которые я считаю наиболее эффективными, и ты не будешь сопротивляться мне. Поняла?