— Я не знаю. Его прервал деловой партнёр. Видимо, сегодня мой счастливый день.

Слова — лишь пустой звук, когда они выходят из моего рта, потому что сегодня вечером не было ничего счастливого.

Её пальцы сплетаются с моими, Аланна сжимает губы.

— Что же нам теперь делать?

Я на мгновение закрываю глаза.

— Я не знаю.

Я сглатываю, вспоминая предложение Бастиена. Оно засело в моём мозгу, как граната, у которой выдернули чеку.

Я не могу выйти за него.

Дело не в том, что я считаю брак священным или что-то в этом роде, потому что в моей жизни никогда не было ярких примеров этого. Аланна всегда рассказывает о своем любимом муже Хэле и о том, как они плавали по всему миру, пока не сломали мачту возле Ибицы. После этого они решили окончательно осесть здесь, вместо того, чтобы вернуться в Америку. Но Хэл скончался за пять лет до того, как она нашла нас, и Аланна так полностью и не оправилась от его потери.

В любом случае, я не ожидаю, что у меня будут такие же отношения, как у Аланны и Хэла. Мой опыт с женатыми мужчинами в основном ограничивается теми, кто здесь оказывается на холостяцких выходных. Где даже будущий жених трахает каждую молодую, достигшую зрелости, девушку, которая сядет на его член.

И есть ещё ночь, когда встретились мы с Бастиеном. Или точнее, утро — десять лет тому назад, когда я проснулась в гостиничном номере от крика женщины, что я украла её жениха. Я и не подозревала, что он сделал меня пешкой в тщательно продуманном плане: заставить свою невесту отменить свадьбу, потому что его семья не позволяла ему отказаться.

Да, пошёл ты, Бастиен. С чего ты взял, что я когда-нибудь выйду за тебя замуж?

Подождите-ка, верно. Мне нужно десять миллионов долларов. Он понятия не имеет, сколько мне нужно и как быстро. Я знаю, что у его семьи больше денег, чем у королевы Англии, но это не значит, что у него на руках есть такая большая сумма.

Рассматриваю ли я его предложение? Нет. Точно, нет. Но Саммер…

— Ты можешь получить приглашение на другую игру, верно? Или организовать игру сейчас в другом месте? Может быть, подальше от дома?

Сдержанного оптимизма Аланны достаточно, чтобы практически поставить меня на колени. Её бледно-голубые глаза умоляют меня найти решение, но у меня его нет.

— Если бы у меня было что-нибудь, на что я, может быть, могла приобрести его. Но у меня ничего нет. Сегодня вечером за столом у меня забрали всё, что было. — Мне стыдно признать это, но она просила правду.

— Я бы продала свою квартиру. Мы можем получить за неё как минимум полмиллиона.

Мой взгляд прерывает её решительные слова.

— Тогда, где бы ты жила? Как бы ты себя обеспечивала?

Квартира Аланны находится в красивом прибрежном здании. У этого здания есть пристроенный эффективный блок, который она сдаёт в аренду, пока длится сезон, чтобы содержать себя в течение всего года. Это её единственная страховка — и последнее место, где она счастливо жила с Хэлом. Я не могу позволить ей пожертвовать этим.

— Я буду жить на улице, если это то, что нужно, чтобы вернуть Саммер в целости и сохранности. Я продам каждую чёртову вещь, которой владею. У нас нет выбора, Инди.

Я глотаю комок в горле и чувствую себя в миллион раз хуже, чем когда выбралась из казино. Аланна и Саммер — обе рассчитывали на меня, а я подвела их.

Прежде чем я успеваю казнить себя из-за чувства вины, в клатче звонит мой сотовый. Аланна смотрит на мою руку, когда я вытаскиваю его. На экране написано: Неизвестный номер.

Мы обе смотрим на него. Мужчины, у которых Саммер, звонили с неизвестного номера.

— Ответь на него! Это могут быть они!

Я дважды нажимаю на экран, включая динамик, чтобы Аланна могла слушать.

— Алло?

— Мисс Баптист, очень неприятно услышать, что вы не вернёте мне мои деньги сегодня вечером. — Голос грубый с акцентом, который я ещё не смогла определить, тот же самый, который сказал мне, что сделала моя сестра, и какова будет её судьба, если я не смогу заплатить.

— Простите? — спрашиваю я, надеясь, что он допустит ошибку и расскажет, откуда знает, что, чёрт возьми, случилось сегодня вечером. Никто не должен был знать, что произошло… разве что один из игроков, Жан Филипп или Арманд слили информацию.

Холодный груз оседает на моём теле, охлаждая меня до глубины души. Ктосказал?

— Вы проиграли самую важную игру в своей жизни, мисс Баптист. Даже важнее финала покерного тура, который вы проиграли. Ваша сестра для вас не так важна?

— Кто рассказал вам?