Но какое-то странное чувство в его присутствии я всё-таки испытывала. Как-то сразу холодно становилось и неуютно. Парадоксально, учитывая, что на улице тёплая погода, а в доме вообще временами, словно в пекле находишься.

Амирхан подошел к Айле. Руки были спрятаны в карманах брюк. Ворот белой идеально отглаженной рубашки был распахнут. Посмотришь вот так под одним углом, и Амирхан кажется красивым. А посмотришь под другим и, вроде бы, ничего особенного в нем не находишь.

Он обратился к Айле на своем языке. И пусть взгляд зелено-карих глаз был прикован к девочке, а я всё равно не могла избавиться от навязчивого ощущения, что внимание Амирхана ядовитыми змеями тянется ко мне.

Это было неприятно. Даже если бы Амирхан стал мягче и сговорчивей, я уже не смогу относиться к нему иначе. Он поступил, как дикарь, и это самое меньшее, что я могла о нем сказать. Но Айла с неприкрытым обожанием смотрела на своего дядю. Тут и без лишних объяснений было понятно, что он является для нее неоспоримым авторитетом.

Айла кивнула, выключила музыку и собрав все тетрадки, вприпрыжку убежала в сторону дома. Я тоже хотела уйти, но Амирхан своим далеко немаленьким телом перегородил выход из беседки. Я, конечно, могла бы подняться на скамье и выпрыгнуть, беседка ведь не застеклённая. Но это уже как-то ниже моего достоинства. Да и потом. Я не могла дать ни единого, даже самого крошечного повода Амирхану, чтобы он лишний раз купался в ощущении своей власти надо мной.

— Ты нравишься моей племяннице, — вдруг заявил он и ленивой походкой прошел в беседку.

— Она хорошая и умная девочка, — ответила я и скрестила руки на груди.

Амирхан сел рядом и подал знак человеку. А я его даже не заметила. Похоже, что на территории этой виллы нет ни одного уголка, где можно было бы спокойно уединиться.

— Согласен, — Амирхан повернулся ко мне и опустил одну руку вдоль спинки скамьи. — Ты с ней настоящая, — прозвучало не вопросительно, а утвердительно.

— Откуда такая уверенность? — я взглянула Амирхану в глаза.

Он неотрывно смотрел на меня. И не видел никакого смысла отводить свой чрезмерно откровенный взгляд в сторону. Этому мужчине неведомо чувство стеснения. Впрочем, ничего нового. Я к этому начала привыкать.

— Я так считаю, — ответил Амирхан.

Какое же «ёмкое» объяснение!

Через несколько минут на круглый деревянный столик беседки опустились два графина и два бокала. Один графин был наполнен напитком с добавлением каркаде, а другой — водой.

Выпить бокал чего-нибудь прохладительного показалось мне неплохой идеей. Во-первых, на улице сегодня было достаточно жарко. Во-вторых, я срочно нуждалась в том, чтобы потушить внутри себя пожар дикого негодования и нервозности. Я злилась. Бешено. Потому что этот тип восточный так расслабленно сидел рядом со мной, беззастенчиво рассматривал, будто так и надо. Будто мы самая обыкновенная влюбленная парочка. Будто я не гребаный подарок, а Амирхан вот уже второй раз не драл меня. Жестко и эгоистично. Как же у него всё просто! Как вообще у мужчин всё просто!

Схватив пузатый стеклянный графин с водой, я плеснула почти до краев стакана. Подхватив его, сделала глоток и тут же поморщилась. Вода была теплой. Неприятно теплой. Такое ощущение, что ее в микроволновке секунд двадцать подогревали. Пить такое в жару — издевательство.

Амирхан ленивым расслабленным жестом взял графин с напитком. Налил себе совсем немного. Сделал глоток. И ничего. Ему всё понравилось. Я прижала костяшки пальцев к его графину — тоже тёплый.

— Мне категорически нельзя холодное, — заявил Амирхан, с усмешкой наблюдая за мной.

— Почему это? Горло боишься простудить? Мамочка может наказать? — я попыталась вложить в интонацию своего голоса столько яда, сколько могла выдавить из себя.

В физическом плане мы были неравными соперниками, поэтому я решила зайти с другой стороны. Как там однажды сказал Амирхан, что я в его вкусе? Ну-ну. Посмотрим, как в его вкусе будет ядовитая змея.

— Да, боюсь, — вдруг со всей серьезностью ответил Амирхан и немного сведя брови, посмотрел мне прямо в глаза.

— Думаю, что в этих краях простуда тебе уж точно не грозит, — я закатила глаза.

Амирхан еще сильней нахмурился, но никак не прокомментировал мою последнюю реплику. Глотнув еще напитка, он вынул из кармана брюк маленькую квадратную коробочку. В таких, обычно, украшения хранят. Амирхан открыл крышку. На маленькой белой подушечке я увидела серьги. Аккуратные золотые и по форме напоминают бутоны роз. Ничего подобного я в жизни не видела. Да и откуда? Украшений у меня никогда не было. Хотя хотелось. А какой бы девушке не хотелось?

— На моем вечере ты была с сережками. Слишком массивными и вульгарными. Тебе подойдет золото. Аккуратные формы. Плавные линии. Щедро украшенные бриллиантами. Ты прекрасна в своей естественности, Виктория. Но еще слишком дикая.