- Те подонки, они не тронули тебя, - проговорил Маркус.

- Я же сказала…

- Мне нужно было убедиться.

- Зачем?

- Если бы тронули, то я просто подорвал дом твоего дяди, наплевав на любые последствия, - стальным тоном ответил Маркус.

Резкая смена вектора в наших взаимоотношениях перевернула все мои мысли и разбросала по разным уголкам сознания. Маркус медленно отпустил меня и сделал шаг назад.

- Ты знала, что твой дядя готовил на тебя покушение?

- Что? Нет!

- Он планировал убить тебя сразу же после свадьбы. Думаю, хотел избавиться от тебя как от единственной наследницы и в придачу получить некоторые активы твоего мужа.

Мне казалось, что моя голова сейчас просто взорвётся.

- Что же это получается, - медленно проговорила я, с трудом складывая паззл в мыслях. – Ты фактически спас меня?

- Можно и так выразиться. Своим вторжением я спутал все карты твоему дяди, но он всё равно нашел выгодную для себя лазейку. Поэтому, надеюсь, ты понимаешь, почему он не должен пока что знать о твоем воскрешении?

Я лишь кивнула.

- Завтра нас обвенчают. Нечего с этим тянуть, - Маркус в последний раз посмотрел на меня, а затем ушел.

Еще совсем недавно я готовилась выйти замуж за Антония. Вернее, меня готовили к этому знаменательному дню. А потом… Потом всё пошло не по дядиному сценарию. Я столкнулась с болью и страхом. Думала, что Маркус замучает меня до смерти и выбросит мой хладный труп на дно реки. Но жизнь такая странная и непостижимая штука. Она в один момент может переставить фигуры и сложить паззл так, что тот, кто яро жаждал твоей смерти, внезапно станет союзником. Причем единственным.

Меня буквально выдрали из дядиных лап, но свободной я так и не стала. Потому что один не верный шаг, и он спустит всех своих цепных псов. Я была готова обвенчаться. Была готова принять помощь Маркуса, ведь без него мне уж точно не выжить. Пусть я его боялась, как огня, но другого выхода у меня нет.

Рано утром служанка разбудила меня и внесла в спальню несколько простых, но красивых нарядов. Они, конечно, значительно проигрывали моим вещам, что остались дома, но меня это не заботило.

- Выбирайте, - любезно предложила женщина. – Господин Герра велел, чтобы вы выбрали то, которое вам понравится.

Я удивленно посмотрела сначала на миловидную служанку, затем на платья. На долю секунды я даже растерялась, потому что прежде никто и ни в чем не давал мне права выбора. Даже крой моих платьев дядя согласовывал со швеей, но не со мной. Он одевал меня точно, как куклу. Всегда твердил, что лучше знает, что мне нужно.

Аккуратно встав с кровати, я в нерешительности подошла к вещам, словно они были ядовитыми змеями. Это ведь такая мелочь – выбрать что надеть. Определённо со стороны это выглядит крайне нелепо: взрослая девушка самостоятельно не может решить элементарную задачку.

- Пошили за ночь, - вдруг объяснила служанка. – У нас есть хорошая швея. Мерки с меня сняли, мы с вами похожи комплекцией.

Я внимательно посмотрела сначала на одно платье, затем на другое. Оба молочного цвета. Оба великолепны в своей простоте. Дядя одевал меня чаще всего очень вычурно и так, чтобы все могли поглазеть на мою грудь, бёдра и попу. Хлопая меня по спине, чтобы не ссутулилась, он часто приговаривал, чтобы я гордо всем показывала свою грудь. Мне тогда только восемнадцать было, и я жутко боялась голодных взглядов его старых похотливых дружков.

- Вот это, - ответила я, робко указав на платье, что было длиной ниже колена и с небольшим поясом прямо под грудью. – У него рукава красивые, - зачем-то добавила я, но это была правда. Полупрозрачные с маленькими блестящими застёжками на манжетах.

- Замечательно, - служанка мне улыбнулась и забрала другое платье. – Вам помочь одеться?

- Нет, спасибо. Я… Думаю, я справлюсь.

- Господин Герра велел, чтобы я вам помогла с прической.

- Да, помощь в этом деле мне не помешает, - я едва заметно улыбнулась.

- Тогда я принесу туфли и займемся вашими волосами.

Белая ткань платья скрыла все мои синяки, царапины и сбитые коленки. Я осторожно подошла к зеркалу и взглянула на себя. На меня смотрела какая-то незнакомка. Незнакомка с моими чертами лица. Без косметики я выглядела намного лучше, потому что она всегда добавляла мне лишних пару лет. Если бы не разбитая губа и бровь, то я могла бы смело заявить, что нравлюсь себе. Нравлюсь тем, что я настоящая. Взгляд уставший и напуганный. Пальцы на руках заклеены пластырями. Но это ведь всё временное. Единственное, что по-настоящему меня обрадовало в этот миг – отсутствие за своей спиной дяди. Позади меня никого не было и это позволяло дышать глубоко и свободно.