Я не совсем понимала, что именно Лерой сейчас хотел услышать от меня. Адреналин отравлял кровь, а взрыв эмоций больно сдавил виски.

— Что слышал, — огрызнулся я, прикусив внутреннюю часть щеки.

— Что ты сказала про бордель? — сквозь стиснутые зубы прошипел Грейсон.

— А это не понятно? Думал, на курорт в пятизвёздочный отель меня отправил? — я язвила, пряча за этим всю свою уязвимость. — Да, Хозяин! Да! В таких местечках как наш бордель трахают всех и всё! Как видишь, даже я почти что не стала исключением!

Лерой ничего не сказал. Маска безразличия вновь скрыла от меня его настоящие эмоции. Я ощущала, что злость в Грейсоне обрела колоссальные масштабы. Это скверное разрушающее чувство медленно передалось и мне. На кого я злилась? Понятия не имею.

Дьявол стремительно подошел ко мне, я инстинктивно отступила назад и уперлась спиной в закрытую дверь. Он посмотрел на меня с высоты своего роста с некоторой задумчивостью в глазах. Что сейчас творилось в голове у этого человека? Об этом я могла лишь догадываться.

— Уйди, — приказал Грейсон, и я тут же отскочила в сторону.

Он куда-то ушел. Через какое-то время я в окне увидела его фигуру, возникшую во дворе. Одетый уже в другие вещи, Лерой сел в свой «танк». Внедорожник с визгом шин тронулся с места и унесся в неизвестном направлении. Что всё это могло значить?

Калэб не отходил от меня ни на секунду, словно боясь, что я вновь могу куда-то исчезнуть. Мы сидели в гостиной, друг притащил кучу своих игрушек и показывал мне те, которые ему только недавно купили. Я искренне пыталась вникнуть в рассказы Калэба, но никак не получалось. Из головы не выходил Лерой. Куда он уехал? Зачем? Мне нужна была правда, я устала находиться в неведенье. На каких правах я теперь в этом доме? Что будет со мной потом? Все эти вопросы мучили и не позволяли отвлечься.

— Мотылёк, — позвал меня Калэб, ставя на журнальный столик очередную машинку из своей бесконечной коллекции.

— Что, солнце? — я улыбнулась ему и поправила рукав его футболки.

— Я очень не хочу, чтобы ты опять куда-то пропала, — голос друга стал серьезным и даже чуточку печальным. — Не хочу, чтобы тебе делали больно, — в его глазах так отчетливо улавливались мольба и страх, что у меня тут же сжалось сердце.

— Иди сюда, — я притянула Калэба к себе и крепко его обняла, уткнувшись носом ему в плечо. Мне не нравилось то, что под футболкой прощупывались одни только косточки. Друг стал таким худым, его субтильная фигурка настораживала и принуждала задуматься о причинах таких неутешительных изменений. — Ты так похудел, — тихо проговорила я.

— Хэтти тоже мне об этом постоянно говорит, — Калэб выразительно посмотрел на меня. — Просто… Мне не хотелось кушать, пока тебя рядом не было. Хэтти иногда заставляла, и приходилось слушаться ее. Но обычно я отказывался, даже конфеты не кушал, только иногда молоко пил.

Всё это было поразительно больно слушать. Я не думала, что Калэб настолько сильно тосковал по мне. Если бы не он, я сейчас же покинула этот особняк и ушла, куда глаза глядят. Но чувство некоторой ответственности не позволяло мне руководствоваться исключительно собственным эгоизмом.

— Солнце, надо хорошо питаться, — я ладошкой пригладила непослушные волосы Калэба. — Тебе нужны силы, понимаешь?

— А зачем они мне, если ни тебя, ни Лерри так долго не было рядом? — ужасная грусть буквально затопила взгляд Калэба.

Всё это время он страдал от одиночества и чувства собственной ненужности, пока я, да и Грейсон тоже, спасали свои жизни. Дьявол! Проклятый Дьявол! Который заставил страдать собственного брата!

— Но теперь-то я здесь, верно? — я старалась быть веселой, чтобы не огорчать Калэба еще больше.

— Верно, — он заулыбался. — Давай играть?

— Давай.

Вечером после ужина Калэб потащил меня к себе в спальню. Копаясь в своем шкафу, буквально нырнув в него с головой, друг что-то отчаянно долго искал, а когда нашел, радостно вскрикнул:

— Ура! Это тебе! — он подбежал ко мне и вручил какую-то футболку синего цвета.

— Спасибо, а что это?

— Разверни.

Я развернула и увидела на футболке изображение милой зубастой машинки. Когда-то у меня уже была подобная вещица, но Лерой ее в прямом смысле слова уничтожил.

— Это Молния Маквин. Помнишь?

— Помню, — я заулыбалась.

— Подумал, что ты снова захочешь такую же, — Калэб тоже улыбнулся мне и достал из-под подушки на кровати еще одну футболку.

— А на этой изображен Мэтр, — заявила я, быстро припомнив имя.

— Ага, лучший друг Молнии.

Вся эта болтовня про мультяшных персонажей казалась мне такой трогательной и такой нужной. Я с радостью переоделась в новую футболку и залезла под одеяло. Всё тело болело после такого тяжелого и невероятно длинного дня.