К обеду обе проблемы благополучно устраняются. Работа с бутиком тоже идет полным ходом. Мы с тренерами уже обсудили, что в скором времени они начнут носить спортивную форму от IllusioN. Это часть рекламной кампании.

О том, что нужно еще записаться к гинекологу я вспоминаю только по дороге домой. Макс как-то говорил, что мне нужно нанять личную помощницу. Я отказалась. Во-первых, я сама отлично справляюсь. Во-вторых, просить постороннего человека записать к гинекологу — для меня неприемлемо. Слишком личный момент. Но сейчас, наверное, посторонняя помощь действительно не помешала бы.

Когда захожу домой, замечаю Макса. Он разговаривает по телефону и расхаживает из одного угла гостиной в другой. Весь такой деловой, серьёзный. Смолин пересекается со мной взглядом, улыбается одним уголком губ и через несколько минут заканчивает разговор.

— Как провела время без меня? — спрашивает Макс, лениво поглаживая мое колено и неторопливо потягивая вино.

После сумасшедшего дня и вкусного ужина я чувствую усталость. Но она приятная. Не хочется никуда торопиться.

— Встречалась с Мирой, — забираю у Макса бокал и делаю глоток.

Вкратце рассказываю о том, как провела время у подруги.

— Ты эту девочку обожаешь, — подмечает Смолин.

— Маришку? Конечно. А почему нет?

— Не знаю. Ребенок, как ребенок. Ничего необычного, — жмет плечами и отвлекается на телефон.

— Тебе в целом дети не очень нравятся.

— А должны?

— Не должны. К маленькой Жене ты так же прохладно относился?

— Женька — это другая история. Она — моя дочь. К ней я в принципе отношусь иначе.

— Потому что родная?

— Именно.

Я ставлю бокал на стол и начинаю медленно водить указательным пальцем по его ободку.

— У меня задержка, Макс.

Бросаю в сторону мужа взгляд. Жду реакцию.

— К гинекологу обратилась? — спрашивает, листая переписку в своем смарте. Судя по имени контакта, это кто-то из бухгалтерии Смолина.

— Еще нет. Не успела.

— Не тяни с этим, малыш, чтобы не усугублять ситуацию, — Макс оставляет смарт в покое и тянется за ломтиком сыра.

— В смысле?

— На следующей неделе у Левина день рождения. Мы приглашены. Не хочу, чтобы ты себя плохо чувствовала.

— После похода к гинекологу мне еще никогда плохо не было, — посмеиваюсь.

— А после аборта? У тебя задержка, так? Ты же знаешь, что сюрпризы нам не нужны, малыш. Нужно с этим в ближайшее время разобраться.

Ива

— Что, прости?

У меня шок.

Нет, не просто шок. Это что-то большее. Что-то такое, чему я сейчас не могу найти правильного определения.

Не знаю, что меня больше поражает: упоминание об аборте или то, как спокойно Смолин о нем сказал.

Чёрт.

— Говорю, что с абортом нужно разобраться в ближайшее время. Срок наверняка еще маленький. Думаю, могут выписать специальные таблетки или что там делают на ранней стадии? Всё должно пройти быстро и без лишних проблем.

Макс забирает свой бокал и допивает остатки вина.

Я всё еще не могу пошевелиться. Даже не моргаю. Всё мое внимание сосредотачивается только на том, как двигается кадык Макса, пока он пьет.

— Ты это сейчас серьезно? — каждое слово приходиться буквально выталкивать из своей глотки.

Макс отставляет пустой бокал на стол и смотрит на меня. Взгляд спокойный. Абсолютно. Будто мы сейчас говорим о чем-то таком, что никаким образом не может задеть наши чувства и эмоции. Говорим о чем-то несущественном. Мимолетном.

— Да. Что-то не так?

Я смаргиваю и с усилием проглатываю слюну. Чувствую себя каким-то чёртовым компьютером, который завис, вырубился и теперь начинает медленно перезагружаться.

— Ты мне говоришь пойти к врачу, взять у него таблетку, чтобы вытащить из матки ребенка. Как ты думаешь, что может быть не так?

Смолин нервно выдыхает и откидывается на спинку стула.

Атмосфера между нами меняется в мгновения ока. Больше нет никакой расслабленности и неторопливости. Я чувствую только тяжесть, напряжение и странную боль, медленно расползающуюся по грудной клетке.

— Во-первых, тему детей мы уже обсуждали. И ты, и я их не хотим. Во-вторых, в матке еще нет никакого ребенка. Сейчас медицина сделала большой шаг вперед. Аборт пройдет быстро и безболезненно. Ты даже ничего не почувствуешь. К чему эта драма?

— А мне нравится твое хладнокровие, Смолин, — иронизирую. — Не тебе же всё это нужно переживать. У вас, у мужиков, в принципе всё просто, да? Главная задача — вовремя член вынуть. А если не получилось, то либо женщина должна идти под нож, либо нянчиться с ребенком сама.

— Ну вот к чему ты всё это сейчас говоришь? — хмурится Макс. — И причем здесь нож? Я стараюсь быть аккуратным. Не хочу тебя пичкать контрацептивами, но раз уж случилась осечка, нужно ее быстро устранить. Для твоего же блага. И моего.

— Моего блага? — я не сдерживаюсь и запрокинув голову, начинаю смеяться.