Внедорожник стоит перед домом стоимостью шесть миллионов долларов – о нем писали в «Аркитерчерал Дайджест», но для нее это ничего не значит. Ей нужна лачуга за сто тысяч в штате Мэн, где из каждой комнаты она могла бы видеть меня. Это мне в ней и нравится.

Обхватив ладонями ее щеки, я притянул ее лицо к своему:

– В эти выходные я расскажу тебе абсолютно все, чтобы между нами не было недосказанности. Ты узнаешь о моем бизнесе, о том, как он развивается, а также об инвестиционных проектах, которыми я занимаюсь на стороне.

– Уверяю, это не изменит моих чувств к тебе.

– Вот и хорошо, потому что в один прекрасный день этот дом станет наполовину твоим.

Ее дыхание участилось. Проведя рукой по ее шее, я убедился, что и пульс бьется сильнее. Я коснулся кончика ее носа своим, и она закрыла глаза. Мы даже из машины не вышли, но это не имело значения.

– Аликс… – Я провел большим пальцем по ее губам. – Не прошло и двух секунд с тех пор, как ты вошла в мою жизнь, как я понял, что люблю тебя.

Она широко распахнула глаза, и на ее лицо вернулось то самое выражение, с каким она любовалась восходом солнца на вершине горы Кадиллак.

– Я тоже теб…

Я накрыл ее губы своими, не дав договорить. Мне не нужно повторять то, что и так знаю. И буду слышать до конца своих дней.

Наши дни

Денек выдался солнечным. На работу мне было не нужно, и я отправилась на Ньюбери-стрит сделать несколько фотографий, потому что старалась поднять активность в соцсетях и выкладывать по несколько постов в неделю. Подписчиков у меня прибавилось, и я чувствовала себя обязанной их развлекать. Они пришли за солнцем – по крайней мере, я в это верила, – и эту потребность нужно было удовлетворять. Кадр за кадром.

Сегодня объектом фотосессии стала моя рука, держащая стаканчик кофе. От солнечных лучей кожа как будто светилась. Увеличив изображение на участке между большим и указательным пальцами, я залюбовалась тем, как стаканчик лежит в руке и как сверкают бриллианты в моем браслете. Всего я сделала около тридцати снимков на телефон и выложила самый лучший. В обычный день я бы сейчас встала со скамьи и вернулась домой – туда, где мне большую часть времени комфортно находиться. Но пока у меня такого желания не возникало. Во мне пульсировало ощущение беззаботности, которого я не испытывала очень давно. Обычно моя жизнь слишком упорядочена для подобных чувств. У меня слишком много ритуалов. Солнце вызывало улыбку и улучшало настроение. Радовали и появляющиеся на экране уведомления с ответами-эмодзи.

Если кто-то хотел оставить комментарий, использовать слова не разрешалось. Это было единственное правило, которое я установила, заведя свой аккаунт. По большей части оно соблюдалось. В противном случае комментарий удалялся.

Оторвавшись от телефона, я стала смотреть на проходящих мимо скамейки людей. Большинство очень спешили. Мне стало интересно, откуда они идут и куда направляются. Ценят ли солнечные дни так же, как я? Узнали бы меня, не будь на мне шляпы и солнечных очков? Я оставила эти мысли на потом и, опустив взгляд на экран, увидела, что пришло сообщение от Смита.

Смит: У нас завтра все в силе?

Я: Да.

Смит: Заеду за тобой. Сообщи время и адрес.

Я: На сей раз планирую я, так что сама за тобой заеду.

Смит: Никогда еще свидание так не начиналось.

Я: Похоже, ты ходил сплошь на дерьмовые свидания.

Последнее сообщение было больше в духе Роуз, но надо было написать что-то резкое, чтобы держать Смита подальше от таунхауса, где я жила с Диланом. Приводить туда другого мужчину казалось неправильным.

Смит: Ха!

Я: Пришли мне свой адрес. Увидимся в 11.

Спустя несколько часов, сидя у себя в гостиной, я открыла фотографию, которую разместила ранее, и стала проверять, кому она понравилась и кто ее прокомментировал. Роуз оставила эмодзи. Я продолжила листать вниз и увидела имя Смита. Мое сердце заколотилось. Ему понравился снимок! Он на меня подписался.

Перейдя в его профиль, я занесла палец над кнопкой, чтобы подписаться в ответ, но нажать не успела – отвлек доносящийся из кухни шум. Я надеялась, что это Дилан вернулся домой пораньше. И выжидала. Секунда, две секунды. Ничего. Медленно перевела взгляд на экран. Палец оставался на прежнем месте. Не понимая, над чем тут раздумывать, я коснулась кнопки «Подписаться».

В следующий миг я вскочила с дивана и подошла к пуфику, чтобы взять сумочку. Покопавшись внутри, отыскала ключи и положила их в миску на столе в прихожей, а сумку поставила на ближайший барный стул на кухне. Нужно выполнять привычные действия. Все до единого. Осталось дождаться, когда Дилан вернется домой.

Наши дни

Такси подъехало к дому Смита, и я выбралась с заднего сиденья, поднялась по четырем ступенькам крыльца, нажала на кнопку звонка и замерла в ожидании. Я так нервничала, что у меня вспотела спина и затряслись руки. Они задрожали еще сильнее, когда Смит открыл дверь. С трудом верилось, что человек может так хорошо выглядеть.